В 2011 призывники штурмуют военкомат. Конечно, ведь встретить конец
света лучше в бомбоубежище с годовым запасом провизии.

В 2007-2010 гг. служил по контракту в одной из частей нашего города. Разговор о том, куда уходят деньги срочников. В то время получка у них была рублей 400, сейчас вроде 2000. После получения денежного довольствия начинаются вычеты — рублей 50-100 в пользу дивизиона, рублей 100 — в пользу взвода на, типа, канцпринадлежности. Иногда собирали на запчасти для машин, хотя, по идее, все должно быть на складе. А поскольку техника должна быть в исправности, то и некоторые контрактники влетали на суммы тысяч до 5-ти. Ты, мол, купи, а деньги потом отдадим.
Первый сын служил в Абхазии. Все, вроде бы, нормально, но командование решило приобрести для бойцов кое-какие вещи в бытовку. Я еще могу понять покупку стиральной машины, это действительно нужная вещь, но зачем им ШВЕЙНАЯ машина? Подворотнички пришивать? Деньги собрали со срочников, при том столько, что хватило бы на открытие швейного цеха. Дальше — прикольнее. Ком.роты решил блеснуть на строевом смотре, в итоге бойцы скинулись на НОВЫЕ КОТЕЛКИ И ФЛЯЖКИ. В АРМИИ. СКИНУЛИСЬ. НА КОТЕЛКИ И ФЛЯЖКИ.
Второй сын сейчас тоже служит. Собирают по 500 рублей на спортивные снаряды для спортуголка.
Я еще могу понять, когда ребята сбрасываются на новогодний стол (как было у нас), на день рождения сослуживца или, по-крайней мере, по своей инициативе. Но лишать части и так мизерной получки солдата-срочника в добровольно-ПРИКАЗНОМ порядке — это, господа, пиздец.

Быль. Первый день в военно-морском училище.
— Товарищи курсанты, сейчас будем получать форму.
Какое требование главное к одежде моряка? Кто знает?
— Быть чистой, товарищ мичман!
— Быть теплой и непромокаемой!
— Не мешать в работе!
— Нет, товарищи курсанты, — главное, чтобы ее при кораблекрушении можно было быстро снять в воде!
Такая суровая реальность у многих сразу 

Было это на военных сборах.
После отбоя прошло минут двадцать. В казарму заходят два громко разговаривающих тела. Подполковник и майор, как оказалось, в хорошем настроении и навеселе. Подходят к дневальному и начинают друг с другом и с ним говорить. Один из них принялся травить байки про армию и ПВО.
После очередного громкого рассказа состоялся примерно такой разговор:
— Ну, что ты так громко-то? Перебудишь всех.
— Да ладно тебе! Ты думаешь, они спят?
— Конечно, спят. Смотри... Товарищи курсанты, вы спите?!
Мы, хором, сдерживая смех:
— Так точно!
— Вот видишь, спят. А ты орёшь тут.

Был у нас в части майор Горбунов — жуткий строевик, все по уставу.
И как-то поставили его на замену нам командиром роты. Он тут же заявил, что по уставу часовой должен не подпускать к себе никого ближе 5 метров, а мы, часовые, ходим по той же дорожке, по которой идут на службу офицеры. Т.е., они проходят рядом с часовым совсем. Мы говорим, а что делать? Там же кусты, не отойти... Тогда, говорит, хотя бы сопровождайте их стволом автомата.
Ну? нам-то что, стали сопровождать. Они косятся, но молчат.
И был еще один майор Подобедов. Тормоз, жуть: всегда ходил и разговаривал по 1 слову в минуту, при этом глядя себе под ноги.
И вот как-то его поставили дежурным по части. На разводе часовых он и говорит:
— А вот я заметил... Что когда я иду на работу, часовой направляет на меня автомат. А если я направлю свой пистолет? КТО вам сказал так делать?
— Майор Горбунов.
— ВОТ НА НЕГО И НАПРАВЛЯЙТЕ!

Бывший одноклассник после школы уехал в Израиль.
Приезжал недавно, привёз жену и сына — потуристить, зашли к нам в гости.
Рассказывали про ихнюю армию, показывали видео.
Представьте себе: пустыня, шесть утра. Стоят три здоровенные самоходки М109 и лупят за горизонт. Шесть выстрелов в минуту каждая. Грохот, дым, пыль.
К позиции подъезжает микроавтобус, типа "Газель". Из него выходят восемь солдат.
Стрельба прекращается.
Из самоходок тоже вылезают восемь солдат. Жмут руки приехавшим, садятся в микроавтобус, уезжают. Приехавшие лезут по самоходкам, снова стрельба, дым, пыль...

Что случилось? Да нормально всё. Резервисты свои сорок пять дней отслужили и домой уехали. Хоть из горящего танка. Даже анекдот есть, как Изя в плену у арабов возмущается: у меня сегодня милуим (резервистская служба) кончился, почему вы меня не отпускаете?

Будни стройбата

На первом году службы в стройбате командиром роты у нас был капитан Филин. Уже довольно немолодой, пофигист был полный, вдобавок большой любитель выпить, но был у него серьезный плюс – он никогда не обижал солдат без повода. Даже когда повод был, все равно нередко прощал. У меня у самого было два раза по трое суток ареста, полученные от него, которые я так и не отсидел. По этой причине он пользовался уважением среди солдат, которые его при этом все-таки опасались.
И был у нас замполит роты, старший лейтенант, который недолгое время побыл капитаном, но через полгода был опять разжалован в старлеи. Ростом полтора метра в прыжке, он старался быть с солдатами запанибрата. Это у него получалось, все остальное – не очень, авторитетом он не пользовался. Была у него некрасивая черта – он любил выпить с солдатами, а потом сдавать их, выпивших, на гауптвахту.
Слухи об этом дошли до капитана Филина. Однажды на выходных он остался дежурным по части. Ответственным по роте был замполит. Филин послал за ним посыльного и пригласил старлея сесть за стол. Достал закуску и бутылку водки: «Будешь?» Мог бы и не спрашивать, когда это замполит от халявной выпивки отказывался! Они сели, поговорили, незаметно выпили бутылочку. Филин достал вторую, вскоре подошла очередь и до третьей. И тут капитан Филин, пошатываясь, приподнялся и нацепил красную повязку Дежурного по части. Потом надел фуражку и встал по стойке «смирно». Следом поднес руку к козырьку и сказал: «Товарищ старший лейтенант, вы пьяны! Я отправляю вас на гауптвахту.» У того аж челюсть подвисла: «Володя, ты чего? Мы же вместе пили!» Филин, продолжая слегка покачиваться, прочеканил: «Товарищ старший лейтенант, вы пьяны! Я – отправляю – вас – на – гаупт — вахту!» И в сторону, посыльному: «Сынок, сбегай на КПП, приведи команду с губы».
После этого у замполита привычку пить с солдатами, а потом сдавать их – как бабка отшептала.

Мамин-Сибиряк (с)

Боцман кpейсеpа выстpоил всю команду на палубе и pасхаживая пеpед стpоем таким стpашно пpокуpенным пpопитым, хpиплым, но ОЧЕHЬ гpомким голосом, оpет.
-КТО БРОСИЛ САПОГ В БОРТОВОЙ КОМПЬЮТЕР!?! В ответ тишина. Я ЕЩЕ РАЗ СПРАШИВАЮ, КТО БРОСИЛ САПОГ В БОРТОВОЙ КОМПЬЮТЕР!?
тишина...
— Я ЧТО HЕ ПО-РУССКИ ГОВОРЮ!?, КТО БРОСИЛ САПОГ В БОРТОВОЙ КОМПЬЮТЕР!? ИHТЕРРАПТ ВАШУ МАТЬ!
В это вpемя pядом всплывает амеpиканская подводная лодка, оттуда вылазит капитан иговоpит.
— Сэp, нельзя-ли немного потише у нашего акустика кpовь из ушей идет: ((
Боцман:
— HУ И &

Артиллерист приехал в деревню к матери на побывку. Сидит у печи, греется, кота поглаживает. Задремал. Головешка из печи выскочила, пол задымился. Возвращается мать и с порога кричит:
— Огонь!
Сын вскакивает, бросает кота в печку, захлопывает печную заслонку и орет:
— Орудие к бою!

Армия... На утренней перекличке подполковник говорит солдатам.
— У нас в роте завёлся пи###ас.
После пятисекундного молчания.
— Сегодня ночью у меня сп###или косметичку.

Армия. Строй новобранцев. Прапорщик опрашивает вновь прибывших:
Прапор: Фамилия, образование?
Рядовой: Сидоров, семь классов!
Прапор: Маладца, Сидоров! Следующий, фамилия, образование?
Рядовой: Рабинович, МГУ.
Прапор: Что, что???
Рядовой: МГУ…
Прапор: Ну, что ты там мычишь, писать-то хоть умеешь?

Армия. Строевая подготовка. Идёт расчёт: первый-второй, первый-второй...
Доходит очередь до грузина:
— Ды-ва!
— Что?! Почему отвечаете не по Уставу? Пятьдесят отжиманий!
Начали отсчёт заново: первый-второй, первый-второй... первый.
— Ды-ва!
— Ты что, издеваешься?! Пятьдесят отжиманий!
Опять заново: первый-второй, первый-второй, первый...
— О-о-о-о! Ёб**ый жизнь! Ды-ва!..

Армия. Сидят два рядовых в казарме. Разговаривают.
— Слышь, ты как в армию-то попал?
— По большому блату.

Армия. Офицер – разводящий караула, подбегает к прапору – бывшему
десантнику:
— Слушай, мне срочно нужно склад открыть с продовольствием или часть
голодная останется, а там часовой с боевым оружием – боец из моей роты.
Надо его снять по быстрому, но аккуратненько без жертв. Ты же –
десантура, умеешь!
— А ты че, пароль забыл что ли? Спроси в штабе.
— Да не я, а он, сука!

Армия, тех кто служил, научила главному в жизни.
Те, кто служил, и так знают — о чём я говорю, а для тех, кто не служил -
это военная тайна.

Армия на самоокупаемости.
Всего 1,5 миллиарда долларов заплатил иностранный мультимиллиардер за
право нажать любую кнопку в ракетном бункере.

Армия вспомнилась.
Начало 70-х. Погранвойска. Учебка. Сегодня учебное гранатометание. Проводит начальник штаба отряда — подполковник. В те времена это был такой высокий начальник! Командовал всеми погранвойсками генерал-лейтенант. Так что в переводе на нынешнию ситуацию, если генерал-полковник или маршал будет проводить занятия на полигоне.
Итак: полигон, окоп в полный рост, в окопе отделение — 10 человек. Очередной выбирается из окопа и строго выполняя команды, берет гранату, подходит к стенке, по команде выдергивает чеку, бросает гранату и тут же прячется за стенку, ждет взрыв и спускается в окоп. Так все и было пока не пришла моя очередь.
Вот я стою с гранатой. С левой стороны у меня защитная стенка, прямо на открытой местности стоит слегка подуставший подполковник. Человек 50 уже метнули и еще не менее 200 ждут.
Граната в правой руке. Команда "Приготовиться": левой рукой отгибаю усики у чеки.
"Выдернуть чеку" — выдергиваю. Далее должна быть команда бросать, но офицер слегка замешкался. Я смотрю на гранату и вдруг понимаю, что лежит она не так как учили! Скоба должна быть на ладони, а у меня прижата пальцами! Я плотно прижимаю скобу левой рукой и поворачиваю гранату как положено. Офигевший подполковник смотрит на мои манипуляции.
— Ты что делаешь?
Я объясняю, мол увидел что гранату взял неверно, вот исправил.
— А как у тебя было?
Я опять поворачиваю гранату.
(Чтобы вы поняли офицера, нужно учесть, что все это я проделываю с боевой гранатой с выдернутой чекой! Если бы я ее уронил, то ему только телом закрывать, иначе тюрьма на веки.)
— БРОСАЙ НАХРЕН!!!!!!!!!! — орет он. Я выхожу на свободное место, кидаю гранату в мишень, и прячусь за стенкой. Только чуть каску высунул — интересно посмотреть: попал — не попал!
Подполковник оказывается один в чистом поле, путь за стенку прикрываю я!
Он упирается двумя руками мне в каску и заталкивает меня в окоп (я еще и сопротивлялся!), сам падает за стенку и тут раздается взрыв. Я поднялся в окопе и оказался с ним лицом к лицу.
— Фамилия! — я представился
— Ты почему не спрятался?
— Так хотел посмотреть куда попал!
— А если бы осколок схлопотал?
— Граната наступательная, радиус поражения 15 метров, а я кидаю 30!
Подполковник помолчал. Потом скомандовал, что все отменяется. Так что в нашей учебке я был последним кто кидал гранату.
Но зато до самого конца службы начштаба здоровался со мной за руку и лично провожал на поезд. Зауважал однако!

Армейское.
Служил в отдельном батальоне ЖДВ, в Монголии, конец восьмидесятых. До дембеля 2,5 месяца.
Вызывает нач. штаба и молвит: «Ты единственный в части с музыкальным образованием. Через 4 дня приезжает генерал с проверкой, нужно, чтоб у нас был оркестр (а духовых инструментов в кладовке в клубе, как тараканов, можно обеспечить пару карнавальных шествий). Сыграете на строевом смотре – на следующий день можешь ехать домой». Дембель!! Я даже не думал, согласился, какая разница, неделю можно в клубе дурака повалять, а там посмотрим. «Дембель неизбежен, как смерть капитализма!», помните? Единственно, выторговал у нач. штаба дембель всем участвующим в оркестре старослужащим, а таких предполагалось ещё два.
В нашем батальоне сложно было найти не только русских, а русскоязычных, поэтому сильно не заморачивался и определил минимальный состав оркестра:
1. Большой барабан – дружок мой, Серёга.
2. Малый барабан.
3. Тарелки.
4. Туба, бальша-ая такая (бас).
5. Валторна, труба такая загогулистая (ритм).
6. Труба (соло) – естественно, я.
Итого шесть человек, выбирал тех, кто умеет тренькать на гитаре. Техника игры понятна: бас – «ПУ-УМ!», валторна – «ПА-А-А!», а поверх этого – соло на трубе, и все это под громовые удары большого барабана, который задаёт ритм.
В поселке, у спецов, в Доме культуры, выбрал партитуру самого простого марша, кажется «Марш красноармейцев (буденновцев)», или что-то вроде этого. Показал всем, как играть-бить-стучать, на что нажимать и, к моему охренительному удивлению, в конце второго дня мы вполне прилично отыграли несколько раз бодренький марш. После чего я позвал начальника клуба, который, прослушав, рванул в штаб с такой мультяшной скоростью, что не было видно ног, а за ним такое качающееся марево появилось.) Выхожу из клуба, а к нему уже бодрячком ковыляет весь цвет нашего штаба батальона вместе с «папой» (комбат), «мамой» (замполит) и, чрезвычайно возбужденный, начальник штаба, который руками изображает лыжника, Ленина, хлопает ладонью левой по локтевому сгибу правой и т.п., в общем, сразу понятно, что я и мой оркестр должны были над кем-то надругаться. Начклуба построил нас, мы лихо отыграли. Скептическое выражение на лице папы сменилось на такое дебильно-детское, он так и ушел, молча. Я, пользуясь случаем, догнал нач. штаба для закрепления нашего дембельского договора, но тут же в ответ получил порцию армейского фольклора с общим смыслом, что никакого дембеля мне не видать, если я не подготовлю себе и дембелям замену. «А то что захотел – ты на дембель, а батальон – без оркестра».
Серёга сразу предложил сыграть на смотре хреново, мол, все равно последними дембельнемся, так хоть подставим гада, но я предложил отыграть нормально, а затем тихо-спокойно перекантоваться до дембеля в клубе, всё лучше, чем на трассе париться.
Наступил день «д». Батальон на плацу напротив трибуны, мы справа от трибуны, начклуба за трибуной для стимулирования. Открывается дверь штаба, я подождав, когда папа-мама со старичком-генералом зайдут на плац, махнул трубой и мы заиграли. Начали как-то вразнобой, выровнялись и тут я чуть трубу не выронил – мы играли в 2 раза БЫСТРЕЕ, чем нужно, скорость игры, ритм, задаёт большой барабан, оглядываюсь — Серёга сзади со стеклянными глазами и деревянным лицом лупит в барабан и похоже находится в отключке. Шипит что-то начклуба, я лягаю Серегу, машу у него перед носом трубой (играть-то продолжаю!) – ноль! Смотрит вдаль и быстро лупит по барабану. А на плацу цирк: по строю идет рябь, солдатики и офицеры давятся от смеха, папа с мамой маршируют в центр плаца, как старых фильмах про фашистов, быстро шлепая подошвами сапог по асфальту, старичок-генерал, не выдержав темпа, на половине пути перешел на рысь. Наконец центр плаца, мы перестали играть, на генеральское приветствие проблеял что-то, после чего генерал по дороге на трибуну довернул к нам и громко так, длинно, проорал, нематерным было только одно слово — «кра-ко-вяк». Красный начклуба держался одной рукой за стенку трибуны, другой за сердце, все, и мама, и папа, и многие другие, за спиной генерала показывали нам различные движения руками и ногами, самым безобидным из них был кулак, хотя у большинства рожи были совсем не огорченными.
Но нас не выгнали! – ошибка, конечно. Видать очень хотелось оркестра и была надежда, что на торжественном марше-то мы не облажаемся. Пока шли официальные выступления, к нам втихаря подходили с воспитательными речами офицеры, Серёга, наконец, очнулся, покраснел и в ответ на мои ебеня пообещал отыграть нормально.
Наконец, торжественный марш, звучат команды, и, окончательная, – «шагомммарш!». начклуба махнул рукой, я махнул трубой, на трибуне все скосились на нас и мы грянули! Сначала как обычно немного вразнобой, тут же выровнялись… Б..я, я дальше уже еле играл, сводило щёки, губы. Долбаный Серёжа опять впал в ступор, при этом стучал в свой долбанный барабан в 2 раза МЕДЛЕННЕЕ. «Коробки» батальона, тихо скуля, в похоронном темпе задирали ноги (как часовые у Вечного огня), потом, не выдержав, сломались и медленно побрели вдоль трибуны. Главное, что брели-то точно в темпе нашего марша!
В общем, нас на пинках вынесли с плаца, потом начклуба рассказал, что по просьбе папы батальон прошел-таки нормально перед генералом торжественным маршем, но уже без нас. Естественно, никто не поверил, что это мы не специально.
Всем, кто помнит или участвовал – привет! ДМБ-89, Дорнод, Монголия.

Армейского спортсмена спрашивают:
— Возьмешь высоту 2-40?
— Со взводом автоматчиков и двумя БТРами.

АНБ прослушивает весь мир... А ФСБ прослушивает только АНБ.