Еврейский подросток спрашивает у раввина:
— Ребе, как по вашему, в субботу прыгать с парашютом можно?
— Изя, прыгать, конечно, можно, но открывать нельзя.

— Рабинович, вчера вас видели, как по дороге домой к своей супруге Розе Исаковне вы наперед зашли к соседке Майе Соломоновне. Как вы это объясните?
— А вы этим наблюдателям скажите:
— Рабинович живет по законам великой русской литературы. А она утверждает: "Люблю гр. Розу... " Но: "вначале Майя! "

— Мендель, меня вчера хотели изнасиловать, — говорит жена.
— С чего ты взяла?
— Потому что, извиняюсь, уже изнасиловали.
— Что же ты говоришь "хотели"?
— Если б не хотели — не изнасиловали бы.

Через городскую площадь идет еврей, за ним семенит дворняжка. К еврею направляется полицейский: "Господин еврей, возьмите собаку на привязь".
Еврей как не слышит.
— Возьмите пса на привязь или платите штраф!
Ноль внимания.
— Ах так? Платите штраф!
— За что штраф?! Это не моя собака!
— Но она же за вами бегает!
— Ну, так что?! Вы тоже за мной бегаете, но вы же не моя собака!

— Мендель, поздравляю. Говорят, ты удачно женился.
— Какой "удачно"? Невеста не пришла на свадьбу.
— Это и есть удачно.

Решили как-то Петька над Василием Иванычем прикольнуться. Взял он приделал у Василия Ивановича над дверью ведро с г.... Только Василий Иванович дверь открыл, его из ведра с ног до головы и окатило. Петька и рад.
На следующий день В. И. говорит Петьке:
— Пойдём, теперь я над тобой прикалываться буду.
Приводит его в заброшенный сарай, там стоят огромные тиски, а на стене висит ржавая пила. Василий Иванович говорит:
— Ну, Петька, доставай свой.
Петька достал, а Василий Иванович его хвать, в тиски зажал, цепью обмотал и на замок закрыл. Петька говорит:
— Э, ты что, пилить будешь?
— Не, Петька, пилить ты будешь, а я пойду сарай подожгу...

Женился Хаим на Саpочке. После пеpвой бpачной ночи он разочарованно узнал, что Сарочка — не девушка. Он возмутился:
— Сарочка, как, ты уже с кем-то была до меня?
Сарочка спокойно отвечает:
— Слушай, Хаим, мы не в пустыне Сахаре живем: здесь были люди и будут люди.

В Америке еврей заходит в бар и обращается к темнокожему бармену:
— Мне виски, понял, ты, черномазый ублюдок?
Бармен, привыкший сохранять спокойствие в любых ситуациях, отвечает:
— Не очень-то это вежливо с вашей стороны. Ведь если бы я к вам так обратился, вы бы, наверное, очень обиделись.
— А мы можем попробовать. Давай, я встану за стойку, а ты как будто клиент.
Еврей встает за стойку, негр подходит к нему и говорит:
— Мне виски, понял, ты, грязный жид?
Еврей:
— А здесь черномазые ублюдки не обслуживаются!

Два еврея ползут на вершину пика Коммунизма, кто её достигнет — станет русским. Абрам первым вползает на пик:
— Ну вот, свершилось!
Мойша из последних сил просительно протягивает руку:
— Абрам, помоги...
— Пошел вон, ж*****я

— Зяма, сколько стоит атомная бомба?
— Ох, много, Сарочка.
— Тогда смотри, какое богатство к нам на балкон летит!

— Абрам, попробуйте салат, очень вкусный!
— Да чёгная икогка тоже ничего.

— Абpам, говоpят, ты женился. Удачно?
— Hе очень, окна во двоp...

— Сара, дорогая! Ты не видела маленькую синенькую таблеточку, лежала здесь на тумбочке?
— Да, Моня дорогой, я ее выпила со своими лекарствами!
— Ну вот и %би теперь сама себя, дура!

— Сарочка, скоро мы будем жить в дорогой квартире, как ты хотела!
— Сёмочка, ты таки купил апартаменты в элитном доме на Маразлиевской?
— Нет, мы остаёмся на Молдаванке, но нам таки повысили квартплату...

— Ты знаешь, Абрам — моя Сара такая добрая, хозяйственная, умница...
— Неужели, Зяма, у тебя так плохи дела, что ты продаёшь мне жену?

— В Иране говорят, что наш Израиль скоро развалится как СССР.
— А что, Горбачев таки переехал в Израиль?

Российский еврей ведет с сыном воспитательную работу.
— Сынок — ты уже взрослый, тебе уже восемнадцать.
— Да, папа...
— А ты знаешь, сынок, что есть такая профессия — Родину защищать?
— Знаю, папа...
— Так запомни, сынок — ЭТО НЕ НАША ПРОФЕССИЯ!

Сара:
— Абрам, нам нужно купить шторы в ванную, напротив общежитие,
могут молодые парни подсматривать.
— Зачем делать лишние расходы? Они тебя раз увидят и сами шторы
купят.

Жили в одной деревне Иван и Абрам. Как-то приходит Иван к Абраму и говорит:
— Абрам, дай мне рубль вдолг, а я тебе потом отдам два.
— Нет, не могу. Ты же его пропьёшь, а потом отдавать не захочешь.
— А я тебе топор оставлю под залог.
— Ну, тогда давай.
Дал Ивану рубль, забрал топор и говорит:
— Слушай, тебе ведь трудно, наверное, будет сразу два рубля вернуть, может один сразу отдашь, а второй потом?
Иван подумал, а и вправду, тяжело будет. И отдал. Идёт домой, а сам думает:
"Рубля нет... топора нет... рубль должен... и гланое — всё правильно!!!"

Советские времена. Два еврея уезжают в Израиль. Один набрал золото, брильянты, а другой несколько чемоданов с портретами Членов Политбюро.
У первого, естественно, на таможне все отобрали. Проверяют второго один, второй, третий чемодан, а там, на красивой мелованной бумаге, фотографии Членов Политбюро. Ну и его без всякой задержки пропускают.
Проходит пол года. Тот, который пытался вывезти драгоценности, влачёт жалкое существование, а тот который вывез портреты одет с иголочки, разъезжает на шикарном Мерседесе. И вот они где-то встретились. Один другому:
— Хаим! Откуда у тебя такая машина? Ты весь одет "с иголочки". Ведь ты вез какие-то несчастные портреты.
— Поц. Ты ничего не понимаешь. У меня самый модный в Израиле тир