Доктор:
— Да, батенька, страдаете вы от комплекса неполноценности.
— Да, нет, доктор, это было бы ничего, только какой-то этот комплекс у меня не очень полноценный...

Приходит мужик врачу.
— Доктор, что у меня за зуд такой, а? Не пью, не курю, физкультура... И это... только с женой! Что за зуд?
— А это у вас, батенька, крылья на спине расти начинают!

Больной:
— А процедура будет проходить с анестезией?
Врач:
— Конечно! Анестезия Петровна, подержите больного...

Ординатор спрашивает професора:
— Уважаемый профессор, как вам удается так быстро и эффективно проводить обходы в мужском отделении? Мне этого пока не дано.
— Очень просто, коллега. Перед собой запускаю молоденькую сестру в мини-юбке. Потом смотрю: у кого одеяло топорщится — того на выписку, у кого нет — в реанимацию.

— А я вот целыми днями людей достаю. По заднице их хлопаю. Они орут-заливаются. А мне за это потом подарки дарят.
— Ты что, садист?
— Нет, акушер.

— Алло! Доктор, я по вашему совету купил клизму. Куда мне ее теперь?
— Гм... Ну, засуньте ее себе в зад.
— Ладно, доктор! Я вам попозже позвоню, когда у вас хорошее настроение будет.

— Алло! Скорая?! У нас тут массовое заблевание после грибочков!!!

Пациент приходит к врачу. Врач:
— Вы когда последний раз у меня были?
Пациент:
— Восемь лет назад. Вы тогда сказали, что мне полгода жить осталось и назначили лечение.
Врач:
— По всей видимости, я неправильное лечение назначил.

У одного мена — понос. Вот он идёт к своему другу, врачу.
— Знаешь, понос задрал!..
— Попробуй вот енто, помогает!
Через день опять к другу: не помогло. Так пробегал бедный чувак всю неделю, и вот:
— Опять не помогло.
— Короче, есть тут у меня один "?!", типа, "знахарь", сходи к нему.
Парень у шизового знахаря.
Знахарь:
— Ладно, сымай штанытрусывставай раком.
Парень выполнил всё, знахарь берёт красный флажок и начинает махать им перед задом пациента. Парень (недоверчиво):
— А чё, поможет, по-моему нет.
Знахарь:
— Заткнись, дурак! Поезда тормозит, а ты за какой-то понос трясешься!

В больнице. Медсестpа — спящему пациенту:
— Больной, пpоснитесь... поpа пpинимать снотвоpное.

Стук в дверь.
— Кто там?
— Это я, ваш доктор.
— Извините, доктор, я не могу вас принять. Я себя плохо чувствую.

Студентка медина приходит на зачёт бухая в хлам. Профессор:
— Петрова, каковы в наше время шансы на излечение у онкобольных?
Та ни бэ, ни мэ. Ей подсказывает сосед:
— Больного раком сегодня можно вылечить.
Петрова, шатаясь:
— Больного м-можно в-вылечить раком с-сегодня...
Профессор:
— Ну тогда заходите ко мне в кабинет сегодня. И пока не вылечите, о
зачёте можете забыть!

Больному требуется уход врача...И чем дальше врач уйдет тем
больному лучше...

Как в поликлинику заходишь, так бахилы давай надевай, а как врача домой вызываешь, так он в грязных сапогах да по ковру.

Врач спрашивает медсестру:
— Ну, как? Больной еще кашляет?
— Кашляет.
— Значит в морг пока рано.

В кабинет заходит пациент:
-Здравствуйте, доктор, вот и мы!
— Кто "мы" ?
— Я и глисты !

— Доктор, мне бы спиральку поставить...
— Ба-атенька! Да какую ж вам спиральку, вы ж мужчина!
— Да-а-а?... Оп-па!..

Даже и придумывать ничего не надо — жена психиатр, так что прямо из
жизни.
Историй этих, хоть каждый день пиши, эта просто свежа в памяти.
Совершенно здоровую тётечку положили в совершенно обычную больницу чтобы
удалить совершенно обычный геморрой, а что действительно рядовая
житейская мелочь — с каждым бывает. Операция простенькая, сутки после в
больнице и домой прямо с утра завтра. Будят утром её пораньше, койка-то
нужна... Проснулась вроде, но что-то вставать не хочет, лицо подушкой
закрывает мычит что-то, плачет даже. Из под подушки слова неприличные
слышно: Хуина то какой... кудаж я теперь? за что ж меня так... Санитарка
сама малость *уеет, врача зовёт, своего опыта не хватает. Совместными, с
врачом усилиями добились от нее — грешная она, совсем баба несчастная,
вот и наказал её боженька — вырос у ней на лбу ХУИНА! (Из песни слова не
выкинешь). Стыдно ей вот лицо и закрыла, ревёт, голосить начинает...
Дело ясное, спецбригаду вызвали, куда таких возят повезли, без простыни
на голове ехать не захотела, с такими не спорят, простынь вернули
потом... Привезли, жена как раз в приёмном покое и встречает горемычную.
Опрашивает, около 60-и лет, для шизофрении поздновато, жалоб нет
никаких, ничего никогда и не было, совершенно адекватная тётенька, но в
том что хуина на лбу у неё уверена полностью. Перед зеркалом встала,
плачет, хуину описывает, взяли её, а что делать.. с дебютом вас
тётенька! Лечат день, другой, третий, состояние стабильное, улучшений
никаких — но ОЧЕНЬ просит отрезать хуину со лба, в столовую не ходит, с
соседями не общается, так под простынею и сидит. А из под простыни:
отрежьте, ну отрежьте его проклятого и так целый день, даже спит только
на спине, мешает он ей однако. В остальном, повторюсь, совершенно
тётенька нормальная. На седьмой день сдались врачи, стали готовить её к
операции. Радости её предела просто не было. Для больного в таком
состоянии главное правдивость... Поэтому в ходе подготовки операции
прошла горемычная всё что полагается: И рентген, и андролога (такой-же
психиатр из другого отделения), и бритьё лба с пеной, и даже клизму
утром (мне кажется тут они перестарались). Больница большая, есть
подобие операционной завези её как и полагается на каталке, побритый лоб
йодом намазали, наркоз дали. Натурализм 100%! Пришлось даже лоб
крест-накрест поцарапать. Момента выхода её из наркоза кажется вся
больница ждала. Дождались, приходит в себя горемычная. Лоб туго бинтами
перевязан, побаливает наверное, к зеркалу ведут, дыхание затаили.
Смотрит смотрит, молчит, прорвало наконец-то, спасибо родные, спасибо
хорошие, итд, итп, помогли, спасли от позора, хать спать смогу теперь на
животе... Тут речь медленно замедляется, поток благодарностей
ослабевает, глаза становятся задумчивые, и наконец-то прорывает её:
Доктор, а чё ж когда хуину резали ЯЙЦА ТОЖЕ НЕ ОБКОРНАЛИ?
Жизнь блин. Сидит дальше под простынею, ест тоже под ней. Что дальше
будет мне и самому интересно.

— Где был?
— У врача.
— У какого?
— У проктолога.
— Ну, и как?
— Понравилось, завтра еще пойду.

У психиатра.
— Доктор, я вчера бегал по улицам почти голый, лишь в одних носках. Мне было так стыдно...
— Так-так... А раньше с вами такое бывало?
— Да, часто.
— И вам тоже было стыдно?
— Нет, никогда.
— Почему же вам в этот раз было стыдно?
— У меня один носок был дырявый.