Молодой человек после пары, на которую не ходил, встречает лектора:
— Извините, я немного опоздал...
— Да ты вообще ни хрена не пришел!

Дело было в конце 80-х. Студентов-первокурсников, вчерашнюю абитуру,
гоняли на овощную базу "на отработку". Работали летом, когда общежитие
закрывалось на ремонт, поэтому всех распихали по нескольким свободным
комнатам. Жили очень тесно, по 8-10 человек.
Среди отработчиков был один очень горячий и очень непосредственный
кавказец, назовем его Ахмед. Буквально в первый вечер он стал
легендарным персонажем курса. Только из-за одной фразы.
Вечером, когда все легли спать, он сказал своим сокомнатникам:
— Ви лажитес, спитэ, а я пайду сниму дэвачку. Чэрез час ви уснетэ,
тут я с нэй и приду. Всо будэт тихо.
Естественно, никто за этот час не уснул. Протравили анекдоты, ожидая,
что же будет. Примерно через час дверь открывается. В дверном проеме
появляются две тени и в замершей от ожидания комнате слышится голос
Ахмеда:
— Захады, нэ бойся, здэс всэго сэм чэловэк.
Дикий хохот просто сотряс общагу. В тот вечер Ахмед оболомался на счет
секса.

Случилась эта история года 4 назад, когда мы еще были студентами, как
всяким нормальным студентам нам хотелось много и часто гулять и как
нормальным студентам гулять было не на что. Для разрешения этого явного
несоответствия потребностей и возможностей мы активно торговали
косметикой Oriflame. А в фирменном каталоге была тогда губная помада с
чудным названием "невинность".
Первое января, около двух часов дня. Тогдашняя девушка моего брата Юля
пытается замаскировать последствия вчерашних возлияний 3-4 кг косметики,
я лежу на диване и потихоньку рагоняюсь коктелем из недопитой вчерашней
водки и домашнего производства облепихового сока. Когда процесс боевой
раскраски у Юли дошел до стадии крашения губ, я, видимо, решаю, что
такого цвета губную помаду мне тоже было бы неплохо заиметь и совершенно
без задней мысли выдаю следующую фразу: "Юля, а у тебя невинность еще на
продажу осталась?".
Минут через 40 наши парни оправились от услышанного настолько, что
смогли продолжить пить водку.

Как водится, преамбула.
Собираемся с подружкой в студенческий лагерь в Подмосковье. Обсуждаем,
кто и что именно берет из предметов совместного употребления
(кипятильник, кружки и т.п.). Разговор доходит, пардон, до туалетной
бумаги. Выясняется, что ни у нее, ни у меня дома нет ни одного целого
рулона оной. (В магазин бежать поздно, скоро — на вокзал). В итоге обе
раскулачиваем свои семьи на оставшиеся драгоценные метры.
Сама история.
Будучи созданиями богемными (во ВГИКе учимся), да еще и красоты
неземной, заранее решили быть разборчивыми в общении, тусоваться только
со своими. И вот первый вечер в лагере: комнату слегка облагородили,
протерли тумбочки, подоконники (из 6 метров туалетной бумаги ушло метров
5). Собираемся на вечернюю прогулку по берегу Оки, предвкушаем
продолжение полемики о книге Дидро «Парадокс об актере». В комнату
заглядывает знакомый студент-оператор. Напоминаю, отношения у нас самые
что ни на есть деликатные и возвышенные. — Девушки, простите, у вас
туалетная бумага есть? — Была, но уже вся закончилась! — радостно
отвечаем мы. Сказать, что он обалдел — ничего не сказать. Такого он
никак не мог ожидать от юных нимф, позировавших ему для фоторабот весь
учебный год. Полный разочарования он выдохнул: — Ну, вы, девчонки, и
засранки!!!
P.S. Отношения с той самой истории стали куда демократичнее. Ир,
привет!!!

Дело было в застойные времена. Студенты одного из московских
ВУЗов продали кавказцам за десять тысяч станок для печатания денег.
Ну, провели инструктаж, показали, куда бумагу заправлять, куда
краску лить. Напечатали пару червонцев, от настоящих не отличить.
Предупредили, чтобы больше десяти купюр в день не печатали, а то,
мол, станок может сломаться. На том и расстались. Через некоторое
время станок встал. Не печатает и все тут. Кавказцы попытались
найти продавцов, но ничего у них не вышло. Тогда они нашли умельца,
который согласился отремонтировать станок и хранить молчание. Когда
же станок разобрали, оказалось, что он в принципе ничего не может
печатать. Студенты просто зарядили в него тысячу десятками, а краска
и бумага лишь для отвода глаз. Со злости кавказцы не придумали ничего
лучшего как обратиться в милицию. Тех студентов нашли и дали им за
мошенничество года по три, по-моему. А кавказцам — по десять. Первые
обманули граждан, а вторые хотели обмануть государство. Вот оно как,
говорят, было.

Правдивая история. Лето 84, собрание студентов на военной кафедре
перед тем, как уехать на военные сборы и вернуться лейтенантами.
Полковник с кафедры вещает о том, что надо с собой взять, что там
можно, пардон, разрешено, а что нет. В конце речи спрашивает
"Вопросы есть?". Они есть, их задают, полкан отвечает, и по ходу
возникает вопрос "А письма хранить рразрешается?" Полкан отвечает
что нет. Тут же спрашивавший говорит "А туалетную бумагу?" Все,
в том числе и полковник, понимают, что под видом туалетной бумаги
будут пытаться хранить письма, и полкан отвечает "Можно. Но только
чистую!" Больше сил задавать вопросы не было...

Зима 1997 года, отслужил 6 месяцев, настало время срезать голенища у
сапог, ровно на ширину спичечного коробка. Обрезал. Мимо пробегает "дед"
и на ходу бросает
— Не боись, студент, режь на два коробка, тебе положено!
Пофигу, режу на два, подшиваю, пришиваю хлястики с пряжками — красота!
Через три дня вызывает наш прапор — командир взвода: Ах ты мля! Пиши
объяснительную!
Как раз в нашем отряде началась борьба с неуставщиной.
Написал. Привожу почти дословно:
"Заступил в наряд по кухне 05.12.1997. В процессе уборки подсобного
помещения имел неосторожность зацепиться голенищем левого сапога за
выступающий край разделочного стола, что привело к продольному разрыву
вышеуказанного сапога. Так как внешний вид доверенного мне
обмундирования являл собой вид непотребный и порочащий честь солдата, я
решил срезать часть голенища вместе с разрывом. Срезав, увидел, что
сапоги отличаются друг от друга высотой, стал добиваться необходимой
симметрии, и срезал часть голенища с правого сапога, но при этом
уставшая в наряде рука дрогнула, и разрез получился более глубоким, чем
нужно. Чтобы довести высоту сапог до одинакового уровня, пришлось
срезать часть голенища с левого сапога. Добившись необходимого внешнего
вида, почистил сапоги и пошел спать"
Прапор, захлебываясь от смеха, читал эту объяснительную перед всем
строем.
Но сапоги выдали мне другие, а жаль.

Удивительный случай! Случайно сбежавшая из зоопарка дрессированная
обезьяна, случайно забредшая в МГУ на ЕГЭ, случайным образом заполняя
бланк ответов, случайно поступила на Механико-математический факультет.

Знаете, в "Комсомолке" есть рубрика — "Люди, которые нас удивили".
Будучи студентом в Германии, часто мотаюсь по разным студенческим
тусовкам, и навидался там не менее колоритного народца. И некоторых
персонажей представляю вашему вниманию.

РОДЖЕР

Роджером его прозвали мы, так как не могли выговорить его настоящее
голландское имя. Вполне подходил в качестве иллюстрации для анекдотов
про эстонцев — высокий блондин, из тех, у кого вместо крови тормозная
жидкость. Говорил всегда словно во сне, еле проталкивая слова сквозь
губы. К тому же отличался нестандартным мышлением. На студенческих
конференциях обожал задавать вопросы ораторам, но, во-первых, вопросы
были дурацкие, а, во-вторых, пока он их формулировал, народ начинал
зевать.
В качестве иллюстрации: Италия, море. Народ возвращается с пляжа. Дорога
полна камней и колючек, поэтому все обулись. Кроме Роджера. Морщась от
боли, идет босиком, несет ботинки в руке. Ему говорят: "Роджер, чего
ботинки не оденешь? Больно ведь". На что он, минуту подумав:"Даа,... но
потом... их... все равно придется снимать".

МАЧЕК

Мацей Лещиньски — так звали этого польского парня. Студент-германист с
прекрасным знанием немецкого, он выделялся поначалу только своей
нелюдимостью. Потом он отличился на конкурсе национальной кухни. Он
приготовил целую кастрюдю национального польского супа из потрохов.
Варево воняло так, как будто его сварили из потрохов вместе с
содержимым. Из всей еды, приготовленной в этот вечер, только мачекова
кастрюля осталась нетронутой.
А потом он порадовал нас уникальной способностью засыпать на дискотеках
и вечеринках. Причем чем громче и веселее была музыка, тем сильнее
действовала она на Мачека как снотворное.

КАСЯ

Кася, как и Мачек, родом из Варшавы. Очаровала всех парней сочетанием
серьезности, красоты и чувства юмора. А кульминацией была игра в мяч.
В мяч играли в море. Правила придумывали на ходу, так что получилось
нечто среднее между волейболом и регби, а мячик был маленький вроде
теннисного. Игралось в воде, парни против девчонок. Схватки за мяч
кипели нешуточные, синяков и царапин никто не считал. Заводилой у
девчонок была наша Кася. В пылу игры она не заметила, что лифчик от ее
бикини оторвался и поплыл исследовать Средиземное море самостоятельно.
Гордая победой, Кася подняла вверх вырванный у соперников мяч... и
предстала перед нами во всей своей красе. Никогда еще не видел у
девчонки такой выдержки. Не стала прикрываться руками, даже не
покраснела. Победно посмотрела на парней (вот, типа, я какая,
любуйтесь), пока те ошарашенно пялились на ее прекрасную грудь. И
спокойно так сказала: "Тайм-аут окончен, игра продолжается". И поплыла
вылавливать свой лифчик.
А в народе получила прозвище "Боевая Кася" и "Валькирия".

Если пронравилось, я еще расскажу.

В Брежневское время, после окончания универа, отправили нас на сборы в
одну из воинских частей на севере. В конце сборов проводили учения в
полевых условиях. Места красивые и заброшенные.
Наша студенческая рота заняла оборону на опушке леса. Отрыли окопы, ходы
сообщения. Вечером офицеры — преподы приказали нам бдить службу и
следить за "противником" А ночевать где? " В окопах!" С этими словами
они куда-то исчезли.
Конец августа. Север. Ночи весьма холодные. Рано или поздно всех
посетила мысль: а нельзя ли поспать где-нибудь в тепле. Все-таки не
война.. Дальше от лица Вовы.
"Задубел я в этом окопе. Пошел поискать место получше. Смотрю-за лесом
сарай. Сунулся туда— мест нет. Все занял 1 взвод. Пошел дальше. Смотрю
-стоит старая избушка. Зашел туда, спрашиваю: "Ребята, место есть?"
Никто не отвечает. Только храп стоит. Иду, впереди себя ногой попинываю
чтобы не наступить на кого-нибудь. Бум! В кого -то попал. Недовольный
голос
— Ты кто?
— А ты кто?
Чирканье спички и вижу кругом шинели и кителя со звездами. Вот где
окопались наши преподы! Развернулся и ходу назад."
Утром на построение к нам пришел разъяренный подполковник. Он ходил
вдоль строя и гневно обличал рас%%%дяев студентов. которые никак не
хотят стойко переносить тяготы военной службы и даже на учениях им нужен
комфорт. При этом он просто сверлил каждого взглядом. Но сколько не
сверлил-ночного обидчика не определил. Он еще раз обвел взглядом строй и
рявкнул:
"Кто вчера пытался переспать с офицерами? Выйти из строя!"
Секунд пять изумленного молчания и ржание 60 человек. Подполковник
вытаращил глаза. Потом до него дошло. Плюнул. Махнул рукой и ушел.

Рассказываю с чужих слов. В конце учебного года декан направил студента
в какой-то кабинет получить бланки красных дипломов:
— Ну, тебе эти бланки, конечно, не дадут, ты же не краснодипломник, но
ты все равно попробуй попросить!
Пошел студент, под свою роспись получил пачку этих краснодипломных
бланков, возвращается к декану:
— А бланки-то мне дали!
— Ложь!
— Какая ложь?! Вот же они, у меня в руках!
— Ложь на стол, говорю!

И еще одна по этому же поводу:
Лекция. Препод объясняет и пишет на доске:
``Новое секретное горючее используется при температуре
от -30 до +30 С``. В этот момент его куда-то вызывают,
и студенты, пользуясь моментом, ,меняют цифры на
``от -300 до +300 С``. Через несколько минут приходит
препод и продолжает лекцию:
``Итак, новое секретное горючее используется при температуре ...
от -300 до +300 С``.
Поднимает руку студент и спрашивает: ``А ведь -273 С -
это абсолютный _ноль_ ``
Препод: ``Ну вот, я и говорю, топливо-то _секретное_!``

B советские времена негров мы видели только в качестве студентов ВУЗов.
Причем, в отличие от аборигенов они были "выездными", со всеми
вытекающими отсюда благами и поэтому нередко в их отношении к местному
населению было заметно высокомерие.
А из средств массовой информации мы достоверно знали, что все они
являются представителями угнетенных народов.
Кто очень любит слово "преамбула", может догадаться, что это она и была.

Слякотная зима 95-го, кажется, года. Едем на вазовской шестерке из
Москвы. За рулем Олег, рядом с ним Валя, его жена, я на заднем сиденье
(это Не важно). На Новорязанском шоссе сразу после МКАД заезжаем на
новую заправку. К машине подходит негр(!) в замызганой одежде и
вставляет заправочный пистолет в горловину бензобака. Олег оплатил
бензин, дал какие-то чаевые чернокожему заправщику и мы едем дальше.
Валентина вдруг говорит: "Никогда раньше не видела, чтобы негр был на
своем месте."

Немолодой

Навеяло историей №1 от 10.09.2002 г.

Открытый областной фестиваль N-ской области по "Что? Где? Когда?"

ВОПРОС: Один студент мусульманин после получения диплома об окончании
института принимал поздравления. К нему подошли два профессора. Одному
он пожал руку, а другому нет. Почему? Ответ был простой: потому что второй
профессор был женщиной. Но самый оригинальный ответ был — ПОТОМУ ЧТО ВТОРОЙ
ПРОФЕССОР БЫЛ СВИНЬЕЙ.

ВОПРОС: (сорри, точную формулировку не помню) Что-то, типа, привести
пример советского фильм с эротическим названием. Ответа точного не помню,
но вот несколько оригинальных версий:
1. Три плюс два
2. Трое в лодке не считая собаки
3. И самая оригинальная — В бой идут одни старики

Многие студенты впитывают знания как резина.

Сессия, учу Римское право, на шпорах на заднем обороте написано:

"Шпаргалки по Римскому праву составлены с учетом последних изменений
законодательства".

Ага щас, последние поправки к кодексу Юстиниана 2-тысячелетней давности
внесли в последний момент J

shamkin

Начитавшись историй про студентов, решил вспомнить и свою веселую жизнь.
Дело было году этак в 96. Морской Университет. Четвертый курс.
Практическое занятие, где вроде как должны решаться разные задачи,
препод пытается что-то объяснить и время от времени проверяет как его
поняли студенты. Надо сказать, что мужик он был прикольный, но дело даже
не в этом. В общем, один студент-тормоз никак не может понять что к чему.
Препод говорит:
— Давайте пройдем от простейшего. Какая самая примитивная геометрическая
фигура?
— Точка.
— Верно. А более сложная?
Некоторая пауза.
— Двоеточие.
Мы лежали....

Эта история произошла в год чернобыльской катастрофы, летом 1986 года. Я
с группой советских вузовских преподавателей была на месячной стажировке
во Франции, в университете города Гренобль. Вернувшись домой, я, как
водится, представила начальству родного Вуза свидетельство о пройденной
стажировке. Документ, естественно, был на французском языке. Меня
попросили перевести его на русский язык и отдать в деканат
секретарю-машинистке. Сделала. Та напечатала. И я ошеломлённо прочла
следующее: "... с 15 июля по 15 августа 1986 года стажировалась в
Чернобыльском Университете" (Так машинистка прочла слова "Гренобльский
Университет").

Знакомый студент-юрист из Мюнхена, рассказал о том, как недавно буквально
вся их группа "залетела" на одной из контрольных. Профессор, и ранее
не отличавшийся особыми симпатиями к их довольно ершистой компании,
предложил разрешить тяжбу двух соседей: ветки яблонь в саду одного
нависали над клумбами с тюльпанами другого, и яблоки, падая, ломали
цветочные стебли. Одна часть студентов встала на сторону любителя
тюльпанов, другая рьяно защищала садовода, все вместе блеснули знаниями
тонкостей головоломного германского законодательства.
А в результате-то выяснилось: яблоки опадают осенью, тюльпаны цветут
весной, и, стало быть, ситуация, сконструированная гадом-профессором,
в жизни ни за что не случится. Все протесты профессор парировал холодно:
здравый рассудок надо включать прежде, чем вспоминать статьи и параграфы.

В общаге студентам из Африки велели заклеить окна. Ну они и заклеили
окна полностью, обоями. Стало темно, как... Вот она, разница культур.