— Он, между прочим, был у нее первым мужчиной. Первым, который согласился купить ей норковое манто.

Жена:
— У меня дырка от серёжки болит...
Муж:
— Кто такой Серёжка?!..

Жена:
— Алкаш! Опять прешься домой с бутылкой!
Муж:
— Если ты против, я унесу ее назад, водку только выпью.

Приходит Петька к Василию Ивановичу и спрашивает:
— Василь Иваныч, а что такое секс?
— Ну, Петька, ну, вот представь, я перед полком стою, достаю гранату, выдергиваю чеку, кричу: "Ложись!!!", и все лежат.
— Ну, а секс?
— Какой к черту секс — граната в руке.

Мужик пpиходит с pаботы поздно, на столе записка:
"Пельмени в моpозилке, суп на плите. Геннадия в шкафу не буди, ему в ночь."

Приехал мужик с командировки и сразу к шкафу. Никого. Под кровать — никого. Вздохнул и сказал:
— Ну вот! Даже выпить не с кем!

Сергей зарабатывает в месяц 40 тысяч рублей. А его жена Люся тратит в месяц 80 тысяч рублей.
Вопрос: догадывается ли Сергей о существовании Семёна?

— Мы не будем больше встречаться...
— Что, тараканы в твоей голове проголосовали против меня?

Правда жизни. Только что увидел сам где-то в интернете.
Реклама цветочного магазина из двух попеременно меняющихся
картинок: первая с перечёркнутой вазой «НЕТ ЦВЕТОВ», вторая – с
перечёркнутой попой девушки «НЕТ СЕКСА». Мол, купи цветы, и тогда всё
будет. Изящно. Вот только у меня почему-то всегда загружается сначала
вторая картинка, и только потом первая... Фраза становится честнее.

Несколько советов любителям азартных игр:
— помни, что деньги — к деньгам. Их у тебя много? Нет. Значит лишнее к
тебе не прилипнет.
— перед походом в серьезное заведение потренируйся на «кошечках» — в
подкидного дурака с соседом на пиво, в солитер с компьютером на
шаромыжку, с тещей в «пьяницу» на мытье посуды. (лучше всего играть на
«кукареку», щелчки по лбу или спички)
— если все же решился играть, — постарайся как следует напиться. Пьяному
инфаркт не грозит, а ведь проиграешь ты наверняка.
— выбирай чего попроще. Всякие бриджы и преферансы — оставь для умников
из прошлого. Играть с такими опасно — разденут, ностальгически вздыхая
«ах какой был портвейн в 70-е годы за рубль сорок».
— рулетка — неплохая вещь, но если ты последуешь п.3 и напьешься — то во
время игры тебя будут одолевать мучительные приступы головокружения и,
вероятно, совсем не от успехов. Есть риск уделать рулетку и окружающих.
Секьюрити будут беспощадны.
— покер. Ну, хорошо, вот умеешь ты в жизни красиво и убедительно
блефовать, врать и придуриваться — твое место не за карточным столом.
Открывай собственный бизнес, иди во власть, займись
благотворительностью, наконец.
— «блэкджэк» или что-то в этом роде похожее на наше родное «очко». В
отечественных тюрьмах то была любимая игра на разорение чайников. Хочешь
последовать их примеру?
— шахматы. Хороши тем, что в них трудно жульничать, легко проигрывать и
тяжело выигрывать. Имеется замечательное правило, как в сексе: тронул -
ходи дальше. Отдавайте предпочтение «блицу». Пощелкал часами пять минут,
профукал «вилку», зевнул ферзя, проморгал мат — свободен (проигравший
также собирает фигуры).
— игровые автоматы. Все автоматы в этом мире принципиально схожи.
Игровой автомат больше всего смахивает на автомат для газировки:
бросаешь деньги безо всяких гарантий на результат (любой автомат тяжело
разбить кулаком, поэтому опытный пользователь держит при себе молоток).
— бильярд вообще следует запретить. Проигравшая сторона часто гневается
и ударами кия или метаниями шаров мстит сопернику за нанесенную обиду
(наибольшую опасность представляют собой большие шары для русской
пирамиды)
— нарды: настоящие нарды сопровождаются неимоверным галдежом. Особый шик
— выкрикивать сочетания камней на турецком языке — «шаш-беш! », «ду-як!
», панджу-се! », «дор-чар! ». В ходу — утяжеленные камни, незаметное
перетаскивание фишек рукавом и «перекидоны». Нарды пользовались бешеной
популярностью у мингрельских князей.
— резюмируя вышеизложенное: положи деньги в банк, а лучше в кубышку.
Если все же не терпится поиграть — пощелкай в «чапаева», покидай
«городки», попей кефиру и баиньки!
Здоровья вам!

Любовь

(Быль, история рассказана Ричардом Б., крестьянином)

В том, что мужчины сентиментальны (в отличие от хладнокровных и расчётливых женщин), никто и не сомневается. Как только в сугубо мужской компании заходит речь о любви, то у всех участников беседы на глаза наворачиваются слёзы, уголки губ печально опускаются, а голос очередного рассказчика, приступающего к исповеди на тему личных страданий, предательски дрожит, выдавая тщательно скрываемые чувства. В общем-то, поэтому мужики и перескакивают сразу же на похабные басни – чтобы не расплакаться от горя, вспоминая, как их бросали возлюбленные, клявшиеся в вечной любви до гроба.

Но Ричард даже среди мужиков выделялся. Каждый раз, когда заходила речь о любви и семейной жизни, Ричард хмуро отворачивался и пил чай, мрачно уставившись в пол и в разговоре участия не принимая.

В колхозе, где мы собирали картошку, Ричард был самым старым, дорабатывал до пенсии, до которой оставалось ему буквально год-два, не больше. Поэтому мы и не задумывались, с чего это мужик грустно сопит, каждый раз, когда кто-то трепетно вспоминает о ждущей его дома красавице-жене.

А однажды Ричарда прорвало. И он, путаясь в русских словах, иногда переходя на латышский язык, иногда замолкая чуть ли не на час, рассказал историю своей любви. Пока рассказывал, мы внимательно слушали. Когда закончил, посидели ещё минут десять молча, потому что говорить не хотелось. Потом встали и разошлись по палаткам. И все оставшиеся до окончания отработки дни о любви речь больше не заходила.

Историю Ричарда я рассказываю так, как запомнил. Она правдива. Никто из тех, кто слушал Ричарда той ночью, в этом не сомневается – достаточно было видеть его глаза и слышать его голос.

***

Ричард родился и рос в небогатой крестьянской семье в предместьях Риги, на лесном семейном хуторе, там, где до сих пор лес не вырублен, хотя застроен дачами и хотя сегодня из центра города машина добегает до этих мест минут за двадцать.

В сороковом году Латвия стала частью Советского Союза, но крестьянская жизнь совершенно не изменилась, — наверняка, потому, что для изменений просто времени не хватило, так как меньше, чем через год, пришли немцы. Почти без боёв, споро, чётко, культурно, с отданием чести и выплатой марками за потребляемое молоко. Всё остальное крестьян не интересовало, разумеется.

В следующем году стало не по себе, потому что сельских парней стали забирать в армию и отправлять во фронтовые части СС (вот не надо про «добровольность СС» для латышей, ладно?) откуда живым мало, кто возвращался, так как латышей немцы направили в болота, где лихорадка косила мальчишек не хуже русских пуль (впрочем, с советской стороны тоже латыши стояли, зачастую родственники даже перекрикивались).

Ричарду в СС не хотелось, тогда ему предложили на выбор либо подводную лодку, либо место стрелка в бомбардировщике. Поэтому родители приволокли корову, добавили к той пару овечек, что-то ещё, ну, как водится у порядочных людей, после чего Ричард получил белый билет и продолжал косить траву, благо, война шла где-то очень далеко и никого из близких не касалась.

А ещё через год, в середине сорок третьего, к хутору подошла тоненькая, хрупкая девчонка. Обычная девчонка-беженка с большими печальными глазами, не стоящая на ногах от усталости, голодная и промерзшая после лесных ночёвок. Девчонку хуторяне приютили и накормили, потому что беженцы в этот райский уголок не забредали, а папа и мама Ричарда, всё же были поселянами добрыми и не очень прижимистыми.

Девчонка оказалась русской, хотя и выросшей в Латвии, но в той части, где издавна русские составляли большинство и где по-латышски говорили редко. Поэтому латышский язык знала она не очень хорошо, хотя объясниться могла. В семье же Ричарда никто не говорил по-русски. Но как-то столковались. Наступала осень, требовались работники на уборку урожая, посему девушку оставили, поселили в амбаре, и та стала помогать хозяйке, вставая, как у селян принято, часа в четыре утра и работая без устали до поздней ночи.

Ну, дальше всё просто. Ричард каждый день глядел, как девушка разливает уставшим работникам горячий суп, старался подсесть к ней поближе. Вечером, несмотря на усталость, помогал выносить вёдра или почистить картошку – обычные ухищрения молодого крестьянского парня. Да и девушка его не очень-то сторонилась.

Когда уборка урожая завершилась, девушка осталась в доме, а родители, которым старательная работница приглянулась, возражать против женитьбы сына не стали. И зимой молодые обвенчались. Возникла маленькая загвоздка, потому что у невесты не хватало каких-то документов, но очередная пара овечек проблему свела на нет. Юной жене вручили новый документ, согласно которому она теперь носила гордую и древнюю латышскую фамилию, а не непонятно-подозрительную русскую.

***

Молодые друг в друге души не чаяли. Ричард жену на руках носил, любил без памяти. А жена быстро освоилась, стала сама на рижский рынок на подводе ездить, по-латышски выучилась говорить. С детьми решили обождать до окончания войны.

Полному счастью мешала война, которая подкрадывалась всё ближе. Наконец, в октябре сорок четвёртого пришла Красная армия, точно так же, тихо и незаметно, как три года назад пришли немцы. Дня через два после освобождения от немцев семья решила, что можно снова ехать на рынок, – урожай собран, продавать продукты надо… Жена Ричарда вызвалась поехать сама, хотя Ричард возражал, мол, время военное, солдаты есть солдаты, может быть, мужчинам лучше поехать. Супруга резонно заметила, что она единственная, кто говорит по-русски, поэтому ей и надо ехать. Родители по-крестьянски рассудили, что золовка права.

И жена Ричарда уехала на рынок.

Домой должна была приехать вечером. Не приехала. Ричард всю ночь не спал, рано утром помчался, оседлав последнюю лошадёнку, в город, к моменту открытия рынка. А там ему сказали, что её и вчера на обычном месте не было. Ричард упал на землю и заплакал, проклиная себя за то, что отпустил жену одну в такое время.

До вечера бегал по городу, побывав в комендатуре, в штабах частей и подразделений, опросив всех, кого только мог. Безуспешно. Когда стемнело, бросился домой в надежде, что жена, вдруг, вернулась.

Нет, она не возвращалась. И Ричард сидел, уронив голову на руки, бессильно вслушиваясь в ночные звуки, уже ни на что не надеясь.

***

А рано утром у дома вдруг загудел клаксон. Ричард, всю ночь просидевший за столом в полузабытьи и уже собиравшийся выйти со двора, чтобы теперь уже пешком пройти весь путь от дома до города, поднял глаза и завопил от радости: У ворот стояла улыбающаяся жена, в том же платье, в котором два дня назад она уехала на рынок, в тех же туфлях, весёлая и счастливая.

Ричард подскочил к супруге, подхватил её на руки и закружился в безумном хороводе. Потом осторожно вернул любимую женщину на землю и просто, по-крестьянски, спросил, где ж та пропадала два дня и две ночи…

Жена пожала плечами и так же просто ответила, что была «у своих». Ричард ничего не понял и переспросил. Жена засмеялась, потрепала Ричарда по волосам, не заходя в дом, деловито проследовала в амбар, откуда выскочила через несколько секунд с небольшой радиостанцией в руках.

Пока солдатик-шофёр грузил станцию на заднее сиденье легковушки, супруга пояснила ошарашенному Ричарду, что она не беженка, а советский лейтенант-разведчик, заброшенный в Ригу для установления связи. С целью успешной легализации ей требовалось получить настоящие документы с местной фамилией, что и было достигнуто благодаря замужеству.

Каждый раз, когда жена выезжала на рынок, она получала донесения от местного резидента, и передавала их по ночам, пока утомлённые крестьяне сладко спали.

Так же смеясь, жена заметила, что вот, мол, приходится в гражданском платье ходить, потому что располнела тут на кулацких харчах, пока весь мир воюет. Чмокнула Ричарда в щёчку, села в машину и уехала, на прощанье помахав рукой.

***

Больше Ричард жену никогда не видел. Отслужил в советской армии, отучился в университете, стал геологом. Жил в Риге, Сначала пытался жену разыскивать. Просто потому, что очень её любил. Разыскать не удалось. Написал заявление о поиске жены под предлогом развода – ведь по документам-то они были женаты, мол, пусть подпись поставит. Надеялся, что таким образом хоть узнает, жива ли жена. Через месяц пришёл конверт, в котором лежала одна бумажка – свидетельство о признании брака недействительным. Приложила ли руку к составлению бумаги супруга или нет, Ричард так и не узнал.

Он больше не женился. А когда речь заходила о любви, отворачивался и замолкал.

Мужики, спросите у своей жены (девушки), как бы просто из любопытства, какой вы у неё по счёту, и внимательно следите за выражением её лица.
Именно с таким выражением лица она в дальнейшем будет вас обманывать.

— Да у моего мужа денег куры не клюют?
— И что так? Тебя увидали, испугались и заболели?

Средний возраст мужчины — это когда его уже не интересуют женщины его возраста.

Для мужчины вождение автомобиля как занятия сексом. Каждый думает, что он умеет это лучше других.

Видели новую рекламу? Веселый Молочник рекламирует флюкостад... Секс без молочницы!

Для мужиков водка всегда кончается неожиданно. А женщины только этого и
ждут.

Как объяснить жене, что в соответствии с частью 2 статьи 23 конституции, я имею право на тайну своей СМС-переписки?
© KONDEXIII

Жена собирается на прогулку с ребёнком. Муж её спрашивает:
— Вы в магазин заходить будете?
— Будем. А зачем?

Из рекламы: Граждане! Из нашего секс-шопа вы всегда уйдете
удовлетворенными покупкой!