Сидит девочка на уроке в школе и вдруг у неё первый раз пошли месячные. Она провела по манде ладошкой и кричит, помераю я истекаю вся кровью. У чительница ей говорит,что со всеми девочками такое бывает и что бы она показалась кому нибудь дома. Девочка приходит домой а там только Вовочка. Она ему говорит "Вова посмотри что у меня там" а он посмотрел и говорит "я скажу только одно что яйца на хер отхерячили".

ВЫДЕРЖКИ ИЗ СОЧИНЕНИЙ ШКОЛЬНИКОВ: )
1. мчался по полю, слегка попахивая…
2. Летом мы с пацанами ходили в поход с ночевкой, и с собой взяли только необходимое: картошку, палатку и Марию Ивановну.
3. Умер М. Ю. Лермонтов на Кавказе, но любил он его не поэтому!
4. Плюшкин навалил у себя в углу целую кучу и каждый день туда подкладывал.
5. Ленский вышел на дуэль в панталонах. Они разошлись и раздался выстрел.
6. Дантес не стоил выеденного яйца Пушкина.
7. Во двор въехали две лошади. Это были сыновья Тараса Бульбы.
8. Онегину нравился Байрон, поэтому он и повесил его над кроватью.
9. Герасим поставил на пол блюдечко, и стал тыкать в него мордочкой.
10. У Онегина было тяжело внутри, и он пришел к Татьяне облегчиться.
11. Лермонтов родился у бабушки в деревне, когда его родители жили в Петербурге.
12. Чацкий вышел через задний проход и подпернул дверь палкой.
13. Герасим налил Муме щей.
14. Бедная Лиза рвала и этим кормила свою мать.
15. Хлестаков сел в бричку и крикнул: “Гони, голубчик, в аэропорт! ”
16. Отец Чацкого умер в детстве.
17. Пьер был светский человек и поэтому мочился духами.
18. Под старость лет его приковало к постели раком.
19. Вдруг Герман услыхал скрип рессор. Это была старая княгиня.
20. Кабаниха нащупала у Катерины мягкое место и каждый день давила на него.
21. У Ростовых было три дочери: Hаташа, Соня и Hиколай.
22. Тарас сел на коня. Конь согнулся, а потом засмеялся.
23. Душа Татьяны полна любви и ждет не дождется, как бы обдать ею кого-нибудь.
24. Шел полк французов и кутузов.
25. Онегин был богатый человек: по утрам он сидел в уборной, а потом ехал в цирк.
26. Петр Первый соскочил с пьедестала и побежал за Евгением, громко цокая копытами.
27. Нос Гоголя наполнен глубочайшим содержанием.
28. Глухонемой Герасим не любил сплетен и говорил только правду.
29. Тургенева не удовлетворяют ни отцы, ни .
30. Такие девушки, как Ольга, уже давно надоели Онегину, да и Пушкину тоже.
31. С Михаилом Юрьевичем Лермонтовым я познакомилась в детском саду.
32. Герасим ел за четверых, а работал один.
33. Печорин похитил Бэлу в порыве чувств и хотел через ее
приблизиться к народу. Hо ему это не удалось. Hе удалось ему это и с
Максимом Максимычем.
34. У Чичикова много положительных: он всегда выбрит и пахнет.
35. Пугачев помогал Гриневу не только в работе, но и в любви к Маше.
36. Шелковистые, белокурые локоны выбивались из под ее кружевного фартука.
37. Сыновья приехали к Тарасу и стали с ним знакомиться.
38. Фамусов осуждает свою дочь за то, что Софья с самого утра и уже с мужчиной.
39. Таким образом, Печорин овладел Бэлой, а Казбич — Каракезом.
40. Наташа была истинно русской натурой, очень любила природу и часто ходила на двор.
41. Герасим бросил Татьяну и связался с Муму.
42. Грушницкий тщательно целил в лоб, пуля оцарапала колено.
43. Поэты хIх века были легкоранимыми людьми: их часто убивали на дуэлях.
44. Здесь он впервые узнал разговорную русскую речь от няни Арины Родионовны.
45. Первые успехи Пьера Безухова в любви были плохие — он сразу женился.
46. В результате из Тихона вырос не мужчина, а самый овца.
47. Кирсанов сидел в кустах, но все, что не надо, видел.
48. Сначала Татьяна горячо любила Онегина, а он ее в глаза не видел. Hо когда она похолодела, Евгений решил начать все снова. Было поздно.
49. Председатель так взял доярок за живое, что надой молока сразу увеличился.
50. Когда я прочитал роман Горького “Мать”, то сам захотел стать матерью.
51. Hа поле раздавались стоны раненых и мертвых.
52. В лесу стоял необычайный аромат, и я тоже остановился постоять.

Вовочка первый раз пошёл в школу. После уроков приходит домой злой и обиженный.
— Ну, Вовочка, — интересуются родители. — Что ты узнал нового?
— Брехуны вы, вот что узнал... — сердито отвечает Вовочка. — Аист меня принёс... в капусте нашли... Сказать, откуда меня на самом деле вытащили?! Завтра вот ещё узнаю, как я туда попал...

— Вовочка, покажи мне, где находится Занзибар.
— Марьиванна! Я знаю все бары в городе, но о таком слышу первый раз!

— Дети, проверим как вы внимательно прочитали роман. Где встретились Ростова и Безухов первый раз?
Вовочка на задней парте пригнулся, шепчет "окей гугл", быстро смотрит в телефон и тянет руку:
— Марья Ивановна! На 37 странице!

Первый курс сдает экзамены. Все
усиленно списывают со шпоргалок,
профессор читает газету. Стоит ему
только опустить газету,
сразу прячут шпоры.
Второй курс сдает экзамены. Все
списывают с учебников, внимательно
следя за профессором.
Третий курс спокойно списывает с
учебников, не обращая внимания на
профессора. Профессор опускает
газету и слегка покашливает — все
нехотя закрывают учебники.
На четвертом курсе профессор
опускает газету, с задних рядов
слышится покашливание, после чего
профессор снова поднимает газету.

Первое послевоенное начало учебного года на освобожденной после окупации территории. Первый урок. Учительница произносит торжественную речь о том как тяжело досталась победа, ну и тому подобное.
— Дети, а чем вы занимались во время войны?
Маша:
— Я была в госпитале, помогала санитарам, перевязывала раненых.
— Молодец, Маша!
Коля:
— Я был в партизанском отряде, ходил в разведку, рассказывал партизанам где немцы, сколько их...
— Молодец, Коля!
Вовочка:
— А я помогал артилеристам, снаряды к пушке подносил.
— Молодец, Вовочка! А что они тебе говорили?
— Гут, Вольтемар! Гут!

Вовочка пошел первый раз в первый класс.
Приходит домой после занятий.
Папа у него и спрашивает:
— Ну, Вова, чему тебя сегодня научили в школе?
Вова:
— Да ничему, папа... Завтра велели снова придти.

— Папа, меня мама сегодня два раза побила!
— Когда, сынок?
— Первый раз — когда я ей показал дневник с двойками и плохими записями, а второй раз, когда она узнала, что это — ее старый дневник!

— Папа сегодня два раза меня побил, — жалуется Вовочка матери.
— За что?
— Первый раз когда я показал табель с двойками, а второй когда он увидел, что это его старый табель.

Немного предыстории.

Где-то между Одессой и Белградом-Днестровским есть славное место — студенческий
лагерь "Чайка". Будучи студентами, мы часто отдыхали там, правда не в корпусах,
а просто разбив палатки прямо на пляже. Эх, было же времечко...

История, которую я хочу вам рассказать, произошла именно там. Итак: середина лета,
море, палатки, орава студентов на отдыхе...

История:

Было где-то часов шесть утра, когда я проснулся в своей палатке от странного
звука. Снаружи кто-то стучал топором. На первый взгляд — что тут удивительного?
Только то, что я твердо знал: во всем лагере только один человек способен взять
на себя труд порубить дрова и развести костер, но этот человек в данный момент
стучать не может, так как этот человек — я (оценили вообще ход мыслей, да?: ) ).
Да и вообще, прошедшая ночь была весьма бурная (не столько в плане алкоголя,
сколько в плане песен под гитару до хрипоты, катапультирования друг друга в море
и других культурных развлечений), а по сему — кто это проснулся в такую рань,
а главное — ЗАЧЕМ?! Терзаемый смутными сомнениями, я со скрипом выбрался из палатки.
То, что я узрел вылезя из палатки, повергло меня в печаль. Возле нашего костра,
напоминающего больше дымящуюся воронку от фугаса, сиротливо сидел, постукивая
топором по полену староста нашей группы. Это была катастрофа. Почему? Все очень
просто...
Наш Староста (мы его называли только так) персонаж просто умопомрачительный.
Второго такого раззвиздяя поискать надо. Во время учебного года он живет в общаге,
так как сам родом из Белграда-Днестровского. И я знал абсолютно точно, что в данный
момент наш Староста находится именно там, в Белграде. Мы еще дико жалели, что
приходится ехать без него, пытались дозвониться ему и не далее как прошлой ночью
дружно вздыхали: "Эх, нет с нами нашего Старосты..."
И вот — он передо мной. Это было ненаучно, дико, и смахивало на "материализацию
умственных образов". Мистика чистой воды. Но в мистику я не верю, а вот в белую
горячку...
Я осторожно отобрал у апатичной галлюцинации топор, нарубил дров и реанимировал
костер. Поставил чайник. Староста молчал. Мне тоже сказать было нечего.
Только когда мы выпили по кружке чая, Староста наконец уверил меня в своей
реальности и поведал душераздирающую историю своего появления в ранний час
на побережье черного моря.
Накануне, у себя на исторической родине, Староста пил. Пил самозабвенно и много.
Пил до тех пор, пока сознание не капитулировало, а тогда бразды правления бренным
телом взял в свои руки автопилот. Автопилот скомандовал: "Домой!". Куда домой?
Естественно — в общагу, куда же еще! Думаете, Староста был настолько пьян, что
не осознавал, где находится? Размечтались! Он точно знал, что общага — в Одессе,
в десятках километрах, но автопилот сказал домой, значит быть по сему, мили дорог -
не помеха герою! Исполин питейного дела, экий матерый человечище! Он шел вперед,
презрев все тяготы пути.
Но под действием неумолимого времени и ночного холодка алкоголь стал постепенно
выветриваться. Автопилот стал отказывать. Последним усилием воли, по некоему
космическому наитию Староста, не зная зачем, свернул со своего нелегкого пути.
Очнулся он на песке. Рядом ласково шумело море, а невдалеке, в каких-то пяти
метрах, виднелись до боли знакомые палатки под гордым флагом, сделаным из старого
носового платка. Вскоре появился я и, как ни в чем не бывало, развел костер
и поставил чайник, как и всегда по утрам в "Чайке".
... Староста пробыл с нами до самого конца, после чего отправился вместе со всеми
в Одессу. Но это уже совсем другая история...

По аллее парка идут два парня, а на встречу им девушка. Разминулись. Один парень говорит другому:
— Видел, она мне улыбнулась.
— Ну и что? Я когда первый раз тебя увидел, потом целый месяц ржал.

Пошел Вовочка в школу в первый класс и уже на первом уроке заявил училке:
— Марь Ванна, я слишком умный для первого класса! Давайте меня уж сразу в третий!
Та приводит его к директору: так мол и так. Директор:
— Ну, что ж! Давайте его проверим! А сколько, Вова, будет 3 х 3?
Вовочка:
— 9!
Директор:
— Правильно! А сколько будет 6 х 6?
Вовочка:
— 36!
Директор:
— Верно! Я думаю, Марь Иванна, мы можем перевести его в 3-й класс!
Марь Иванна:
— А давайте я его поспрашиваю на логичность мышления! Вот что такое, Вовочка, у коровы есть 4, а у меня две?
Вовочка (подумав):
— Ноги!
Училка:
— Хм, а вот что у тебя есть в штанах, а у меня нет?
Охреневший директор даже рта не успел открыть, как Вова сказал:
— Карманы!
Училка:
— Правильно, давай, Вова, в третий класс дуй!
Директор:
— А вот я думаю, Марь Ванна, что Вову можно сразу в 5-й класс перевести, потому как на два последних вопроса, я сам ошибся!

Учились мы тогда в 9-м классе. У одного моего друга уехала мать в
командировку. Мы все (а нас было пятеро) ушли с занятий, купили 5
бутылок водки и пошли к нему бухать. Часа через 2 двое уже были
отключенные, а мы втроем еще держались. На закуску у нас было 5 кг
сарделек, которых заботливая мама оставила сыну, чтоб не голодал,
и мы их периодически варили. Захотев отлить, один из нас с трудом
встал и побрел в туалет (совмещенный). Долго пристраивался к унитазу
(а так как дверь была открыта, то мы все это видели), потом понял,
что не попадет, и повернулся к ванной. Хозяин квартиры, сидевший рядом
со мной, схватил со стола сардельку и, подкравшись к копающемуся в
ширинке парню (а год был 1975 и всех заставляли носить школьную форму,
где на брюках молнии и в помине не было, а были пуговицы), сунул ему
в руки сардельку. Тот блаженно расслабился, закатил глаза к потолку,
и из штанины потекла струя. Но самое интересное произошло после. Поссав,
он разжал пальцы и сарделька брякнулась на пол. Я первый (и последний)
раз в жизни видел, как человек трезвеет за секунду!

Вовчка рассказывает соседу по парте:
— Вчера отец меня два раза выпорол.
— За что?
— Первый раз — когда я показал ему дневник. А там такие отметки, такие записи! А
второй — когда он понял, что это его старый дневник.

Место действия — Южные pубежи нашей некогда необъятной Родины, недалеко
от границы с дружественной нам демократической республикой. Аэродром, на
котором готовятся к вылету истребители — бомбардировщики.
Время действия — ранняя весна по их меркам, дикая жара с трудом
переносимая нормальными людьми, термометр днем уже зашкаливает, поэтому
полеты рано утром, а подготовка к вылету еще раньше. Подъем в 3, хотя
нет в 5. В 5 минут четвертого.
Действующие лица — По 8 ФАБ-100 (на каждом СУ) выпуска примерно 1944
года с взрывателями примерно того же года. Бомбы эти были замечательны
тем, что рикошетили об каменистый грунт, иногда почти до высоты сброса,
взрыватели у них тоже были с причудой — иногда самопроизвольно
взрывались. Это за ними это замечалось еще в годы ВОВ и попозже в годы
недавней войны в Кавказских горах, наиболее часто это происходило в
момент отделения бомбы от самолета (Ил-2, или Су-25, неважно). Короче,
обращения к себе они требовали очень и очень аккуратного.
Наш герой — экс-студент, только что попавший на теплый весенний юг с
заснеженного севера. Авитаминоз жуткий, акклиматизация тяжелая, кормежка
просто "блеск". Всю ночь "старики" и "деды" пили спирт в каптерке, и
били кого-то в сортире.
И так это присказка, сказка впереди.
"Еще не рассвело, но в Стране Дураков уже никто не спал" — этим добрым
приветствием из "ЗОЛОТОГО КЛЮЧИКА, ИЛИ ПРИКЛЮЧЕНИЯ БУРАТИНО", нас
встретил наш капитан Дронов, оружейник полка, добрейшей души человек,
что страшно мешало ему в службе (он так и не стал майором). Пошли от
КамАЗа к стоящим СУ, там во всю кипела работа, механики, радисты,
заправщики, водители... Перематюкивались прапора, сигналили летучки,
шум, гам. Жизнь кипела. По пути капитан озадачивал:
— Я пойду кресла проверять. Вы еще молоды. Ответственность большая, а
то вдруг что случится и катапультироваться нечем. Гришенька, — это он
ко второму воину — вы пушечки зарядите, да поаккуратнее. А то всяко
бывает? Hy, а вы — он обратился ко мне — соизвольте, бомбочки уже
висят, видите ли, взрыватели из ящичка взять надо, и вкрутить, да знаете
ли поаккуратнее, контровочку проверьте, ветряночки, штырьки осмотрите.
Капитан ушел.
У крайнего СУ мы с Гришей принялись за работу. (Вообще-то это делали
прапора, но наши уже были за "речкой".) Гриша забрался на крыло, открыл
люки и начал заряжать 30-мм пушку, я залез под крыло и вкрутил дрожащей
pукой первый взрыватель в ФАБ-100. Дрожа, отошел, осмотрел, по
студенческой привычке достал из кармана "шпору" повторил по пунктам
1. Рукой "А", (см. схему) взять взрыватель... и так далее, далее, все
вроде бы правильно.
К восьмому самолету, острота момента прошла, хотелось жрать и самое
главное спать... Теплело на глазах, так в сон и укладывало. Закончив
работу, я начал отходить от самолета, но мне что-то мешало, я дернулся
сильнее и увидел в pуке сорванную чеку от взрывателя, ту самую чеку
после срыва которой взрыв происходит "через 6..60 секунд независимо от
падения бомбы". Проснулся мгновенно, крутнул установку часового
взрывателя на 60 секунд и бросился от самолета в даль. Гриша среагировал
также мгновенно, спрыгнув с крыла, он побежал по бетонке. Догнав меня,
он хлопнул меня по плечу, в ответ я показал ему чеку. Казалось бежать
быстрее невозможно, но он добавил еще скорости. Так как я и он,
бросились бежать, вдоль строя СУ, то пробегая мы оказывали на окружающих
действие необычайное: первое — удивление -"Оружейники бегут", — 0,2
секунды, второе — ужас — "Оружейники бегут!!!", — 0,2 секунды, третье -
бежать.
С крыльев, из кабин, из-под фюзеляжей, из-под крыльев, из кабин
заправщиков — вылетали, выскакивали, десятки солдат, прапорщиков, офицеров.
Мы не успели добежать до последних самолетов, как кричать и бежать стали
уже впереди нас.
"Оружейники бегут!!!".
"Оружейники бегут!!!".
"Оружейники бегут!!!".
Не забуду выражение лица "деда" честно спящего в кабине
КрАЗа-заправщика, проснувшись от топота сотен ног, он с диким ревом
"Оружейники бегут" помчался куда-то в даль.
Как потом рассказывали, ещё более грандиозная картина была видна с
вышки, отовсюду выбегали все находящиеся на аэродроме, и бежали в разные
стороны, и как бежали, крика не было слышно, но по размерам бедствия
стало ясно, что "Оружейники бегут".
Пробежав метров триста, мы с Гришей свернули в сторону и упали на землю,
обхватив голову pуками, ведь по инструкции разлет осколков — 850 метров.
Тишина.
От стоянки на большой скорости отъезжало все, что ещё могло ездить, и
только от вышки медленно двигалась одинокая фигура капитана Дронова.
Подойдя к нам, он присел на корточки и сказал:
— А я смотрю, все бегают, развлекаются, ну думаю, это "мои" — народ
веселят, не иначе учудили что-то. Пока к вам шел, все соображал, раз
пушки не стреляют, значит бомбу уронили, хотя как вы ее могли уронить?
Подошел ближе, и точноне уронили, раз по бетонке не катается, а что
тогда...?
Показываю чеку.
— А бывает. Вторую-то не снял? Знать не успел, раз все тихо.
Киваю, что, дескать, не успел.
— Эти разбегаются, — он широко обвел взглядом окрестности — а я
рассчитываю, раз сразу не взорвалось, время еще есть. Иду. На часы
глянул, минута прошла, а все еще живы. Hy, значит ложная тревога.
Тогда отлично, пошли на место ставить, покажу как. Вторая чека как
раз для таких случаев и предназначена.
Пошли, показал, поставили.
— Hy, вот и хорошо. Иди дальше взрыватели вкручивай.
И всё.
И пошел дальше капитан по своим оружейным делам. И только после этого
зашевелился народ начал из щелей выползать, к самолетам подбираться,
стараясь от нас с Гришкой БОЛЬШУЮ дистанцию держать. Нас не только не
побили, нам не сказали ни единого слова упрека, только потом у
самолетов, когда мы работали, очень-очень мало народу оставалось. И
вдобавок к нам с Гришкой клички приклеились "Незнайка" и "Гунька",
капитан Дронов постарался.
Р.S. Через полгода после моего дембеля пришло письмо. Нашему капитану в
лоб из 30-ти мм пушки нечаянно стрельнули, да, слава Богу, жив он
остался, уже и из госпиталя вышел. Еще пять снарядов угодили в летную
столовую, угол снесли начисто, и на этом снаряды кончились. Виновники,
пока столовую не восстановили, на "дембель" не попали. Только это уже
отдельная история.

Теперь о прыжках с парашютом.
1. Начало дня.
Рано утром загрузились в Валерину машину и поехали в Енакиево. Нашли там
проходную ЕМЗ, местный досааф и встретились с остальными. Тем временем
просьбы Мишки, узнавшего знакомые места, отвезти его к бабушке Вале,
становились все настойчивее. Мы подумали, что в принципе это удачное
решение, и быстренько забросили его к обалдевшему дедушке Славику
(бабушка Валя только уехала на работу). В-общем, Мишка остался у них
строить забор, а Леша, которого мы брали с собой с целью присмотреть за
Мишкой, остался не у дел и решил, несмотря на похмельное состояние,
послушать наш инструктаж в досаафе.

2. Теоретическая подготовка.
Собралось нас человек 30-35. Вначале заполняли какие-то анкеты и
заявления о снятии ответственности. Потом инструктор подробно
рассказывал об устройстве парашюта, обо всех фазах прыжка, расчете
скорости, приземлении, о нештатных ситуациях и выходах из них. Очень
толково рассказал, надо признать.
Поняв, что умереть практически невозможно, я слегка успокоилась.
Главное, все делать так как тебе говорят, а не так как ты видел по
телевизору. Очень многие вещи для меня оказались откровением: и то, что
скорость приземления (и безопасность тоже) на двух парашютах такая же,
как на одном, и то, что 1 км — это всего лишь 23 секунды свободного
падения, и то, как сложно напрячь ноги в подвешенном состоянии, и зачем
выдыхать весь воздух перед ударом или аварией, и то, что у высоких и
тяжелых людей вероятность травм намного выше, и как вести себя при
приземлении на воду, крышу, деревья, провода, кладбище, и даже то, что
парашютом, оказывается, можно управлять! Словом, полезный был
инструктаж, без запугивания, но с кучей советов по выживанию.

3. Практическая подготовка.
После обеденного перерыва мы длинной кавалькадой иномарок, возглавляемой
стареньким пузатеньким автобусом, медленно и печально потащились на
аэродром. Ощущение обреченности стало еще более гнетущим, когда
проезжали мимо кладбища, про правила приземления на которое нам только
что рассказали. На аэродроме все оживились. Нас разбили на три подгруппы
по 10-11 человек, и началась муштра. Я пожалела о тех двух последних
бутербродах, которые пришлось съесть, чтоб не выбрасывать.
Вначале тренировали прыжки с полуметра, затем с метра, потом желающие
могли прыгнуть с двух. Тяжелее всего дается умение держать ноги идеально
вместе — они так и норовят разъехаться. Когда ты прыгаешь в песок, это
не так страшно, а вот на неровной твердой поверхности это чревато
травмами. Учили прыгать боком, спиной, группироваться, кувыркаться, не
смотреть под ноги.
Затем была тренировка в подвесных системах. Мы сначала дружно похохотали
над муштрой предыдущей болтающейся группы, а когда подвесили нас,
оказалось почему-то совсем не до смеха... Именно сейчас нам доводили до
автоматизма все действия. Мне теперь еще не раз будет сниться: "Пошел.
Есть пошел. 501, 502, 503, кольцо, 504, 505, купол. Осмотреться.
Расчековать рыжую. Развернуться к зоне высадки. Поворот вправо/влево.
Ускорение. Замедление. Приземление." И нештатка тоже: "Нет купола. Купол
поврежден. Сближаетесь с другим парашютистом. Залетаете в стропы
парашютиста. Летите на препятствие поперек курса. Летите на препятствие
вдоль курса. Приземляемся на деревья. Что-то здесь не так."
Немного страшно выглядело, когда после команды "Приземляемся"
инструкторы били снизу по ногам с целью проверить напряжение. Но на
самом деле это оказалось совсем не больно, просто неприятно.
Кстати, весь этот день нас снимал 12 канал, наверное, готовили какую-то
передачу о парашютном спорте. Так что может, покажут кого-то из нас,
болтающегося в системе.
Из нашей подгруппы одну девчонку отстранили от прыжков из-за
"несерьезного отношения и неадекватной реакции на команды", хотя,
по-моему, дело было в ее слабой физической форме. Сколько отсеяли из
других подгрупп, не знаю. В-общем, после этих подвесок земля кажется
раем и уже никуда особо не хочется.
И в заключение была репетиция поведения в самолете. Выстраивают нас в
шеренгу по весу. Самый легкий заходит в самолет первым, прыгает
последним. 12 парашютистов выпускающий разбивает на 2-3 круга. Еще раз
прорепетировали прыжки и заученное "501,502,503..." Причем тренировка
была в настоящем самолете, только стоящем на земле и слегда разобранном.
Изучили жесты, которыми обмениваются в самолете, когда гудит двигатель.
В процессе тренировки Лешка решил прыгать вместе с нами, несмотря на
похмелье и солидную одежду. Чего ж, говорит, столько уже отмучился и
после этого не прыгнуть!

4. Ожидание старта.
Далее последовало томительное ожидание, пока стихнет ветер до положенных
5 м/с. Кто-то отдыхал после муштры, кто-то проходил медосмотр, кто-то
гонял в футбол, кто-то наблюдал за планером, который явно радовался
ветру.

5. Старт.
Через два часа на старт вывели первую подгруппу, натянули на них
парашюты, запаски, шлемы, и они беспомощно повалились на землю, где
позагорали еще минут 15-20, пока ветер снова угомонился. Затем завели их
в самолет, тот взлетел, а мы, затаив дыхание и задрав головы, наблюдали
прыжки первенцев.
Я немного волновалась за Лешу (не Настоящего, а Котляревского), который
был среди первой подгруппы, так как у него большой вес, а идея подарить
ему на день рожденья прыжок была все-таки моя. Но вроде все приземлились
удачно, и вывели на старт нашу подгруппу. (Кстати, сегодня видела Лешу,
и он рассказал, что у него два дня болела э... нижняя часть спины,
хромал на одну ногу, и в жизни он больше на такую авантюру не
согласится) В процессе одевания парашюта я поняла, что отступить уже не
смогу и впервые ощутила дрожь в коленях. Так как меня одели первой,
пришлось париться с этой тяжестью дольше всех. Вес этой беды сравним с
весом рюкзака, который я носила в горах, но лямки очень неудобные, так
что следы на плечах у меня остались на память по сей день.
Когда нас построили и повели в самолет, ощутился второй прилив страха, и
как потом оказалось, не только у меня. Мы сели, дверь закрыли, нас
пристегнули к тросам, и все заполнилось шумом и вибрацией. Вдруг
выпускающий что-то говорит пилоту, распахивает дверь и выталкивает
первого парашютиста. Увидев наши обалдевшие лица, он объяснил, что у
парня раскрылась запаска, и прыгнет он теперь со с следующим вылетом.
После этого самолет взлетел, и я уткнулась в иллюминатор, часто дыша от
волнения.

6. Прыжок.
После сигнала пилота выпускающий открыл дверь и показал подготовиться.
Димке, как первому прыгающему, пришлось дольше всех стоять в открытых
дверях, ожидая второго сигнала и наблюдая за проплывающими полями и
посадками. Говорит, что было очень интересно, только выпускающий
периодически подбивал его ногу ближе к отполированному краю двери. Я,
глядя на эту картину, твердила что-то типа "Димочка, только не умирай".
Наконец раздался сигнал пилота, Димку хлопнули по плечу и он скрылся. За
ним Валерка и кто-то еще. Дверь закрыли. Самолет зашел на следующий
круг, снова открыли дверь, и нам показали подготовиться. Мы встали,
держась двумя руками за свои кольца. Первый прыгнул Леша, потом я, потом
еще девушка.
После прыжка в бездну сразу исчез гул самолета, остался только свист
ветра. Меня не развернуло, я нормально падала ногами вниз, быстренько
считая "501,502..". Но вот когда с двух попыток не хватило сил выдернуть
кольцо до конца, накатила паника, и со словами "Ну его все к черту!" я
взялась за кольцо запаски. Но тут, похоже, сработало автоматическое
раскрытие основного парашюта, про которое я напрочь забыла. Никакого
рывка не было, меня просто аккуратно и быстро подвесило в пустоте.
Посмотреть на купол, даже повернуть голову не получилось из-за дурацкого
шлема, уперевшегося в ранец и лямки. Это уже вечером я вспомнила, что
надо было подтянуться на лямках и прогнуться назад.
Ладно, попробовала развернуться вправо-влево — получилось, усесться в
ситеме не удалось, рассмотреть зону высадки не удалось, но я оставила
это на потом и стала наслаждаться полетом. В последний момент вспомнила
о расчековке рыжей, успела за секунду до срабатывания прибора "тррррр,
чик". Вспомнив, что прибор должен был сработать на высоте 300м,
поразворачивалась в поисках зоны высадки, которая оказалась совсем в
другом направлении. По крайней мере, узнала, в какую сторону потом
топать.
Затем пришлось уклоняться влево от посадки, затем ускоряться, чтобы
перелететь дорогу. Прямо передо мной парашютист упал на шлаковую дорогу,
и я содрогнулась, думая, что это Лешка. На самом деле это был Валера. Мы
хоть и были в разных кругах, я почти догнала его из-за невыдернутого
вначале кольца. Как потом выяснилось, у Валерки был небогатый выбор
приземления: посадка или дорога, от деревьев он уклонился, а от дороги
не смог, но отделался лишь содранными локтями. По-моему, это только
благодаря его лучшему умению прыгать и группироваться, проявившемуся еще
на тренировке.
В-общем, занесло меня на
свежевспаханное поле. За пару метров до земли сгибаю и напрягаю ноги как
положено, чувствую удар и радуюсь мягкой посадке. Радость от того, что
смогла удержаться на ногах, была недолгой, потому что через секунду меня
рвануло вперед, распластало по земле и потащило вперед. Из-за шлема я не
могла поднять голову и рассмотреть, какие стропы нижние. Поэтому тянула
те, что попадались под руку, штуки по 4 на каждую руку, и так я
бороздила еще несколько метров. Потом вроде бы остановилась, переложила
все стропы в одну руку, а другой расстегнула замучавший шлем. Первое,
что я увидела, отбросив шлем, это был вновь распахнувшийся купол, тут же
вырвавший из руки стропы и потащивший меня дальше по пахоте. Я уже почти
смирилась, подумав, что когда-нибудь какие-нибудь деревья все же его
остановят, но тут подбежали мальчишки из досаафа, погасили купол,
подняли меня, запихнули этого монстра в сумку и утащили к зоне высадки.
А я подождала Димку и Лешку, которые, как оказалось, тоже побороздили
пахоту, но справились сами. И мы вместе побрели к зоне высадки, радостно
обмениваясь впечатлениями, вопреки всем правилам пересекая взлетную
полосу по диагонали, даже не заметив ее.
О росписи в журнале приземления мы вспомнили только на следующий день,
когда эмоции немного поутихли. А тогда мы залечили Валеркины раны,
понаблюдали еще за прыжками спортсменов, и поехали, посигналив всем на
прощанье "Шахтер-чемпион".
На следующий день все мышцы болели, особенно больно было смеяться и
ходить по ступенькам. Зато когда вечером я, разговаривая по телефону,
уселась на кресло, которого не было, автоматом сгруппировалась и пошла
на перекат, даже не прерывая разговор. Вот что значит тренировка!
В-общем, ребята, всем рекомендую попробовать, хотя бы один раз! Даже
если не очень понравится, голову прочистит очень здорово. После прыжка
еще два дня ни о чем думать не можешь кроме прыжка. И еще мне очень
понравилось преодолевать свой страх. Как будто на другой внутренний
уровень выходишь. Круто, одним словом!
Хочу еще раз прыгнуть. Кто созрел, присоединяйтесь.

Начало 90-х, элитная гимназия, контингент — дети новых русских. Вовочка переведен из другой школы и первый раз пришел в класс. Вовочка одет очень скромно и ведет себя тихо.
Пожилая учительница спрашивает: Вовочка, расскажи о себе и родителях.
Ну, живем мы вдвоем с отцом. Он говорит, что в жизни главное — следовать Ленинским заветам.
Учительница, удивленно: Вовочка, ты ничего не путаешь?
— Нет, у отца над кроватью даже портрет Ленина висит.
— А какие же заветы Ленина ты знаешь?
— Отец говорит, что главных заветов 3: работать в Кремле, жить в Горках и ездить на Роллс-Ройсе.

История совсем не смешная, скорее просто "ирония судьбы".
В одном провинциальном городке жил-был студент Ваня.
Дело было во времена далеко застойные (70-е годы), Ваня с другими
студентами педфака хлестал алкоголь, а потом втихаря стучал на друзей в
комитет комсомола и в первый отдел: кто с кем пьет, кто с кем живет, кто
что говорит нехорошего.
Рано или поздно тайное становится явным: Ваню вычислили и решили
устроить ему темную.
Подкараулили у общежития, когда уже программа "Время" началась
(22 часа по местному времени), да он не один оказался, а с девушкой.
Представьте себе ситуацию: полдюжины молодцов с нехилыми кулаками,
разящие округу парами пива, и маленький такой шибзик-очкарик с
девушкой... девушка, кстати, даже очень ничего...
В общем, инициатор разборки демонстративно засучил рукав и сказал:
— Ваня, надо разобраться.
Ваня развернулся на 180 градусов и побежал. На бегу он лихо перепрыгнул
метровый забор — как будто через кирпич шагнул.
Девушка офигела, народ тоже.
Главный забияка смущенно пробасил:
— Девушка... время темное, можно мы вас домой проводим?
Девушка не возражала. Так и познакомились. И поженились потом с
забиякой.
Но это потом, а на следующий день весь педфак знал о том, что произошло
с Ваней. Люди в открытую над ним подтрунивали: ну вот, зачет по физре он
сдать не может, а метровый забор перепрыгнуть — раз плюнуть. Тебе б,
Ваня, в цирке, работать!

Кстати, Ваня, педагогом так ни разу и не проработал. Говорят, сейчас
вправду в местном цирке работает.

История на тему: "Откуда берутся менты".
Один мой одноклассник в бытность свою студентом (сейчас Саша — майор
милиции) как-то раз прибился к компании заядлых байдарочников и поперся
с ними куда-то в Карелию сплавляться. Так вот, плывут они в байде-двойке
(Саша сзади пассажиром — грести пока не умеет) и вдруг передний слышит
сзади такой чувственный монолог:
— Ой, ребята, бобер!!! Первый раз в жизни вижу бобра!!! Дайте мне
весло — я его іБНУ!!!