Андрей Бахметьев ведущий программы «Очумелые ручки» единственный трудовик, который пробился в шоу бизнес.

ученые скрестили арбуз с марихуанной — вот это была ржака-обоссака

serg: я вчера когда пришёл, мне скзали у кота поменять наполнитель в туалете
serg: а у нас корм и наполнитель в одном месте лежат, оба пакета 5 литровые
serg: вообщем я насыпаю ему полный горшок китекета
serg: он реально ахуел
serg: я первый раз видел что бы он так задумывался, срать туда или есть от туда

Молодой и очень застенчивый парень отправился на дискотеку. Там ему очень понравилась одна девушка. Парень около часа набирался смелости с ней заговорить. Наконец он к ней подошел и тихо спросил, не хочет ли она с ним потанцевать, на что девушка на всю дискотеку возмущенно заорала: "Я НЕ БУДУ С ТОБОЙ СПАТЬ, УБЛЮДОК!!!" Ну, парень готов сквозь землю провалиться, все на него теперь пальцем показывают, гадости рассказывают.
Через несколько минут та же девушка к нему подходит, просит прощения и говорит, что изучает психологию и ей было очень интересно наблюдать его реакцию на ее выходку. Парень ошеломленно на нее посмотрел и возмущенно заорал на всю дискотеку: "ДВЕСТИ ДОЛЛАРОВ ЗА ОДИН МИНЕТ????"

В туалете встречаются 2 военных. Первый наш а второй американский. Оба заходят в кабинки, делают свои дела, выходят. Американец идет мыть руки, а наш направляется к выходу. Американец удивленно:" Меня в нашей военной академии учили после туалета мыть руки ".
Наш:" А меня у нас в армии учили на них не ссать!!! "

— Сколько служащих на вашем предприятии?
— Двенадцать... нет, собственно говоря, только одиннадцать, потому что кто-нибудь из них постоянно сидит в туалете.

Не то, чтобы у него голова маленькая, но он может смотреть в монокль двумя глазами.

Заходит прапор в туалет и громко командует:
— По порядку кабинок рассчитайсь!
Из кабинок раздается:
— Первый! Второй! Третий! Четвертый!
Прапор:
— Значит, так. Первые трое до блеска моют свои кабинки, а четвертый делает так, чтобы сияли остальные двадцать.
Голос из четвертой кабинки:
— Так точно, товарищ прапорщик! Задача ясна. Выполняйте, раз не узнали командира части.

Про Африку

Жил-был один фотограф. Он был такой известный, что не он бегал за знаменитостями, а знаменитости бегали за ним. И проводил он однажды съемки одной Голливудской звезды в домашней обстановке. И похвалил актера за то, с каким вкусом обставлена его гостиная. А актер в ответ:
— Я хоть и актер, но в искусстве кое-что понимаю. Так вот — это все убожество. Я тебе про настоящую красоту расскажу. Среди моих поклонников есть президент одной банановой республики. Пригласил меня на день рождения — национальный праздник у них, естественно. Я был занят, но, как говорится: есть такие предложения... Частью пакета была доставка моей персоны президентским самолетом. Роскошь, качество и вкус, с которыми был оформлен салон этого самолета заставили меня позеленеть от зависти.

Подробный рассказ о роскошном самолете так подействовал на фотографа, что он решил непременно этот самолет заснять. Позвонил в свой родной Госдеп с просьбой посодействовать.
— Знаем мы про этот самолет, все знаем. А вам советуем забыть. Революция в той стране нам совершенно ни к чему. Деньги, которые он заплатил парижским да миланским дизайнерам — это годовой бюджет их здравоохранения.
Но фотограф не забыл. Подключил связи, где улыбнулся, где пообещал, где подмазал — и получил-таки доступ к съемкам. И актер не соврал, и мастерство не подвело — фотографии получились отличные. Из глянцевого журнала фото попали в специализированные журналы по дизайну и прикладному искусству, потом в желтую прессу. Мировые агентства разнесли их по всему свету, включая Банановую Республику.

Великий Отец Народа был взбешен. Советника, которого подмазали, быстро вычислили и доставили.
— Как же ты мог, сын гиены, продать своего благодетеля за 30 перламутровых ракушек? Я ведь не посмотрю, что мы вместе Лумумбу заканчивали и дачи у нас рядом — велю казнить тебя смертию лютою. Только сначала ты напечатаешь опровержение — дескать, все — фотошоп, происки врагов и иностранных разведок.
— Не извольте беспокоиться, Ваше Президентское Величество, — народ ликует! Пиратские репродукции продаются на всех базарах. Люди их вешают заместо икон и традиционных "Леопардов в баобабовом лесу". Я ночей не сплю, токмо о благе Родины радею — Ваш рейтинг подскочил до 146%.
— Это другое дело. Мне и самому картинки понравились. Присваиваю тебе, подлец, очередное звание фельдмаршала с правом обязательного ношения моего портрета на груди. С продавцов — брать налог. Фотографа — избрать в почетные академики и пригласить для съемок моей новой яхты. Да не скупись!

И тут Фотографу по-настоящему поперло. Сначала ближние, а потом и более отдаленные соседи Солнцеликого Освободителя стали приглашать на съемки их самолетов, яхт, бассейнов, фонтанов, каминных и биллиардных. Оказывается, Африка давно проснулась, встала с колен и далеко ушла. Ушла от стеклянных бус, золотых унитазов и Ролексов с бриллиантами как символов роскоши.

Альбом был номинирован на престижные премии, в крупных городах Европы и Америки прошли выставки. Великие Вожди — Национальные Лидеры Свободной Африки не только сами получили полное удовлетворение, но и наполнили гордостью сердца подданных. Не напрасно дети голодали!

Прочитал я эту истории несколько лет назад. С именами, фотографиями и подробностями. Имена забыл, числа мог слегка перепутать. В остальном — правда. Про Африку...

— Где ты работаешь?
— Нигде.
— А что делаешь?
— Ничего.
— Ей-богу, отличное занятие!
— Да, но какая огромная конкуренция!

— Здравствуйте, доктор!
— На что жалуетесь, больной?
— А почему сразу “больной”?
— А здоровый дождался бы меня в кабинете. Выйдите из туалета.

Жертва брендирования или история одного увольнения.

В первые годы после открытия наш тюменский филиал по продаже спецодежды показывал вполне неплохие результаты. Помните, как тогда было до кризиса? Оборот рос, ассортимент расширялся, все должники рассчитывались вовремя или почти вовремя. Главной задачей было лишь привезти товар на склад, а дальше можно было и расслабиться, чем все мы, в общем-то, и занимались во главе с нашим тогдашним директором.

Поставив продажи на поток, дальше он особо не напрягался и весь день сидел у себя шаря в интернете и лишь изредка выезжая к наиболее крупным клиентам на переговоры. Сам он за рулём с определённого момента почему-то не ездил, заведя себе для этого персонального водителя.

Где уж он его отыскал нам было неведомо, но крендель тот оказался редкостный. С виду маленький такой добродушный мужичонка возрастом под полтинник, но, несмотря на годы, жутко озабоченный и практически постоянно, выражаясь современным языком, находившийся в активном поиске.
По причине этой своей чрезмерной любвеобильности он регулярно попадал в различные роковые треугольники, из-за чего частенько проходил у чужих мужей курс лечения от половой зависимости. Но настроение это ему никак не портило, и он весело рассказывал нам какие-нибудь свои новые заморочки, совсем не унывая из-за очередного фингала под глазом.

Звали мы его Диваныч. На самом деле, был он Иван Иваныч, но поскольку всё своё свободное время он сидел возле секретарши на диване в холле, то это прозвище так к нему и прилипло. Дивану, кстати, он со временем изменил, перебравшись в коридор, чему предшествовало следующее.

По соседству с нашим офисом, в конце коридора долго пустовало помещение, которое всё же кто-то заарендил под студию йоги. Новые хозяева сделали там ремонт, повесили у входа шарики с фонариками и наклеили на дверь плакат с девушкой в длинном индийском платье. Ходили к ним, главным образом, какие-то молодые девчушки и волосатые пареньки ботанического вида. Из-за двери слышалась тихая приятная музыка, вкусно пахло ароматическими свечками и, зная пристрастие нашего водилы к таким вещам, кто-то напел Диванычу, что это открылся салон эротического массажа.

Вот с того времени тот обычно и торчал в нашем коридоре, нахально подмигивая приходившим на занятия девушкам, и понимающе похлопывая по плечу парней, сочувственно спрашивая самых худеньких:
– А чё даром-то…. не дают?
Словом, кадр он был ещё тот, но мне, честно говоря, нравился.

И вот однажды собралась к нам с контрольным визитом наша московская «генеральша». И хотя всё вроде у нас в филиале было нормально, но что в голове у начальства неизвестно, поэтому к её приезду мы готовились очень серьёзно.
Всем напечатали визитки, на входную дверь заказали новую табличку с нашим названием и слоганом «Спецодежда — дёшево!», в холле убрали со стен мишуру с новогоднего корпоратива и поставили пару стоек с образцами спецодежды.
Неожиданно высоко поднялся уровень санитарной культуры. В туалете починили шпингалет, обзавелись флакончиком с жидким мылом и даже начали класть в писсуар пахучие зелёные таблетки, которые, впрочем, несмотря на запрет директора, мы уже к обеду метко разбивали на атомы.
Диваныча, ввиду того, что по штатке его должность была нам не положена, загнали с коридора обратно в холл к стойкам со спецухой, дали в руки прайс и велели изображать продавца-консультанта, ответственного за работу с приходившими к нам клиентами.

Короче говоря, в нашем филиале происходило ровно всё то, что происходит в любой дочерней фирме, когда туда приезжает головное руководство.

Сама шефиня, по слухам, дама была неплохая, но строгая, и очень не любила бездельников. Поэтому всем нам было рекомендовано ни в коем случае не начинать рабочий день с чаепития и перманентно изображать какую-либо бурную деятельность.
С утра в день приезда нас потихоньку лихорадило. Ожидая начальство все бродили по офису с деловым и независимым видом, отворачиваясь друг от друга, словно танцоры танго. Наконец директриса прибыла, оказавшись довольно крупной средних лет женщиной, с приятным лицом и крепкой деловой хваткой, которую она начала сходу нам демонстрировать, с порога раздевшись прямо в холле и дотошно изучив взятый у Диваныча прайс.

Мы уже испугались, что сейчас она устроит ему допрос, но тут на наше счастье, явно польстившись на нашу новую вывеску, к нам забрели какие-то две тётки барыжного вида. Тётки были довольно симпатичные и Диваныч, не изменяя своим принципам, тут же принялся их обхаживать, предлагая приобрести что-либо из нашего ассортимента.

Директорша, одобрительно посмотрев на это его рвение, решила ему не мешать и прошла к нам, менеджерам, где в течение часа довольно обстоятельно с нами общалась. После чего она проследовала в кабинет директора выйдя оттуда вместе с ним только к обеду.
Пообедать они собрались где-то в городе и почти уже туда отправились, как вдруг выяснилось, что, пока наша гостья ходила по кабинетам, куда-то исчез её плащ, который она повесила в нашем холле на стойку со спецодеждой.

Разыскивать пропажу вышел весь наш коллектив, во главе с директором.

— Светлый такой с поясом – растерянно объясняла «генеральша», обращаясь преимущественно к нашим девушкам – подкладка в клетку…. с красным…..
При словах про подкладку откуда-то сзади послышался вздох и приглушённый матерок, заставив всех присутствующих оглянуться на стоявшего там Диваныча.

— Откуда ж я знал – виновато забубнил тот – она сперва тёмный хотела… маркий, мол.. ваш-то.… А потом говорит, ладно, давай этот, больно уж подклад красивый…

Оказалось, что пока директриса вела с нами беседы, наш водитель, применив всё своё обаяние, умудрился впарить её плащ одной из двух зашедших к нам на вывеску тёток, перепутав его с рабочим влагостойким плащом ценою в четыреста рублей, указанным в прайсе.
В холле случилась немая сцена. Все с ужасом уставились на Диваныча, который, смутившись покраснел и лишь молча разводил руками, словно стюардесса, показывающая основные и запасные выходы.

— Это же Барберри.. – оторопело произнесла наконец «генеральша» непонятное Диванычу слово — оригинальный.. я ж в Милане… во флагманском бутике покупала….
Впрочем, в этот момент вперёд уже выдвинулся наш директор, переведя Диванычу сказанное в кратко-неприличных, но уже понятных ему терминах.

Ситуация была хуже не придумаешь. Пришлось срочно менять планы и ехать по магазинам, которые оставили в душе нашей проверяющей далеко не лучшие впечатления. Кое-как она подобрала себе какую-то курточку, и, отказавшись от обеда, вернулась к нам в офис в скверном и дурном настроении.

Насчёт Диваныча всё решилось однозначно:
— Уволить – распорядилась она нашему директору – это у вас не менеджер. Он плащ рабочий от Барберри отличить не может, Кто, вообще, такого тупака на продажи поставил!?
Вот так мы тогда и остались без Диваныча, о чём впоследствии даже жалели, хороший был мужик, позитивный.

А почему мне вспомнилась эта история?
Да просто иду на днях с гаража, слышу вроде окликает кто-то, смотрю – Диваныч. Постарел немного, поседел, но такой же весёлый. Сидит в каком-то минивэне, рот до ушей, а за ним полный салон девок.
— Ух, ты – говорю, когда он вылез – это что у тебя за девичник?
— Каждый день – смеётся – да через день у меня такой девичник.
Оказалось, трудится он сейчас водилой в фирме «по вызову». Сутки отработал, вторые дома. Жизнью доволен чрезвычайно.
— Девок сейчас у меня как пыли, хочешь подгоню тебе кого по старой памяти? Вон – кивнул он головой — сейчас в машине смена сидит с Екатеринбурга. Они дома на «Конфи» трудятся, а здесь подрабатывают, не поверишь – конфетами пахнут!!
— Спасибо – говорю – подумаю, если конфетами.

Поболтали мы с ним, попрощались и я дальше домой двинул. А по пути даже порадовался за него, честно говоря…. Оно ведь всегда хорошо, когда человек на своём месте.

— Посоветуй, как мне быть: жениться на богатой, но пожилой вдове, или на молоденькой красивой девушке, но без приданого, которую я люблю?
— Конечно же на молоденькой, ведь главное — это любовь. Кстати, что это за вдова и где она живет?

Меняю книгу "О вкусной и здоровой пище" на "Первую помощь при отравлении".

Женьщина может сделать 4 чуда: стать влажной не намокая, кровоточить не поранившись, давать молоко не поев травы, и ЗАЕБ@ТЬ не раздеваясь.

— Папа, а что такое опера?
— Ну, как тебе объяснить. Это, когда один человек убивает другого, а тот, перед тем, как умереть, долго и громко поет.

Осень. Стая птиц собираеться в теплые края. Среди них есть маленькая птичька.
Маленькая птичка стае:
— — Вам хорошо. вы в теплые края собираетесть, а я, маленькая птичка, сдесь остаюсь на зиму и умру.
— — Не бойся, маленькая птичка, мы же и тебя с собой берем.
— — Вам хорошо. У вас крылья вот какие большие, раз махнули и уже далеко, а я у меня маленькие, отчтану от вас, потеряюсь и умру.
— — Не бойся, маленькая птичька. мы будем литеть медлено, что бы ты могла успеть за нами.
— -Вам хорошо, вы бот какие большие и сильные, можете долго литеть, я маленькая и слабая, быстро устану упабу и разобьюся.
— — Маленькая птичка. мы посадим тебя на самую большую и сильную птицу и она повезет в тебя с нами в теплые края.
— — Вам хорошо, вы когда кушать захотели, приземлились, червячков накопали, и накушались, а я сижу на большой птице кушать захотела, сама не смогу приземлиться. а она меня все везет и везет, я и с голода умереть могу.
— — Не бойся маленькая птичка, ты польшой птице скажишь, что хочешь кушать, а она нам, мы сразу приземлимся, червячков тебе накопам.
— — Вам хорошо...
— — Знаешь, что маленькая птичка, иди ты на...

Каким бы не было открытым общество, но дверь в туалет надо закрывать.

Редактор — начинающему поэту:
— Вы уже кому-нибудь читали свои стихи?
— Нет, а что?
— Просто у Вас глаз подбит.

Надпись на зеркале в туалете OСТАНКИНА (была):
"Посмотри на себя! Ты же м*дак!"