Размер жопы, в которую мы попадаем на экзаменах во время сессии, прямо пропорционален размеру члена, который мы клали на учёбу в течение семестра.

Профессор-биолог читает лекцию студентам:
— Совершенно очевидно, что первые два часа в жизни любого
живого существа являются для него опаснейшим периодом...
Один из студентов перебивает его вопросом:
— А не кажется ли вам, что и последние два часа не лишены
известного риска?

— А ты научишь меня делать то, что нельзя?
— Тебе сколько лет?
— 14.
— Доставай тетрадь и ручку. Сейчас будем делить на ноль.

Во время моего обучения в ДВГУ, вместо военной кафедры образовали там военный институт, вероятно — с намерением начать подготовку кадровых военных, и все студенты, кто был достаточно хорош, проходили теперь раз в неделю обучение в военном институте, а не, как раньше, на военной кафедре. На военной кафедре я никогда не учился, но вот в военный институт также успел походить на занятия. Надо отметить что реформа так и не была закончена — перешли на призыв длительностью 1 год и военный институт вообще закрыли...

Суть не в этом. Обучение в военном институте сопровождалось определенными особенностями. О нашей роли в успешном превращении кафедры в полноценный военный институт нам с пафосом заявил в первый день Директор института, кроме прочего нам объявили, что мы, хоть и не курсанты (а всего лишь студенты пока), обязаны опрятно выглядеть и носить установленную форму одежды.... В общем за неделю все камуфляжи некрупных размеров были раскуплены из военторга во Владивостоке... Тем, кто замешкался, пришлось покупать форму то в Артеме то в Уссурийске... короче там, где можно было найти... Примерно через месяц образовалась приличная толпа народа одетого в камуфляжи от выцветшего желтоватого до ярко зеленого, некоторые студенты даже были в натовских камуфляжах... В общем коробки взводом на построении (11 штук) выглядели очень пестро....

Как только разобрались с одеждой, нам на построении объявили, что скоро из МО приедет какая-то комиссия. Все офицеры были в состоянии некой оживленной обеспокоенности, и... в общем началась генеральная уборка.
В конце построения прозвучала команда: "Кто хорошо рисует — шаг вперед". Я и еще несколько студентов шаг вперед сделали, и нас отправили за кистями и красками... наивные...
В ходе уборки группа студентов (в том числе и я), красившая пожухлую серую траву (конец ноября) перед главным входом алкидной эмалью зеленого цвета, попалась на глаза директору института он постоял хмыкнул глядя на нас... И ушел... В душах наших затеплилась надежда, что он все таки не такой пропащий человек, и нас с этого абсурдного задания снимут... Через 10 минут прибежал взмыленный майор Руденок, поручивший нам покраску травы... Нормальный в общем то мужик... около 30 лет, в прошлом боксер, совсем не тупой.. Построил он нашу группу в коридоре на первом этаже, и начал лекцию на тему аккуратного внешнего вида... После короткой лекции отдал приказ Студенту Балашову выйти из строя... у Балашова была маленькая бородка, а волосы имели длину, достаточную, чтобы собрать их на затылке в 5-ти сантиметровых хвостик — что им собственно и было сделано. На построениях было совершенно не видно, что этот хвостик у него есть... Балашову приказали повторить все, что он услышал про аккуратный внешний вид. Потом отдали приказ к следующему занятию иметь аккуратную прическу и сбрить бородку — так как начальник части (директор института) разрешения на ношение бороды ему не давал и не даст. Балашов уточнил, что такое аккуратная прическа, на что Руденок подозвал пробегавшего мимо студента — почти лысого и показал его как образец. /После чего мы отправились докрашивать траву на косогоре перед главным входом...

Через неделю, я чуть не опоздал на утреннее построение, пробегая к своему взводу успел заметить, что офицеры, так сказать "в чистом", а среди студентов царит некоторое веселье... Объявили построение, начался смотр личного состава. В ходе смотра люлей получил все тот же майор Руденок, все за того же студента Балашова... В общем Балашов все сделал строго по рецепту — аккуратно побрил бороду и волосы на голове — сбрил все.... и оказалось что под его "ранее неаккуратной прической" скрывалась сплошь цветная татуированная кожа от лба до затылка....

Экзамен, студентка валится безвозвратно. За дверью стоит
толпа и думает, как ее выручить. Наконец в аудиторию
врывается парень и кричит:
— Иванова, у тебя сын родился!
Ну препод ее, естественно, поздравляет, ставит оценку,
расписывается.

Заранее извиняюсь за длинное повествование.
Дело было на картошке, в 89-м году, на моем первом курсе Минского
Радиотехнического Института.
60 чел студентов из всего картофельного десанта привезли отпахивать
в глухую деревню на самом краю Березинского заповедника, и разместили
в заброшенной сельской школе (ученики в той деревне повымерли).
Сразу же по приезду Главный спросил — есть ли желающие записаться
в повара? Несколько молодых обалдуев, в число которых входил и ваш
покорный слуга, дружно подняли руки, видимо решив, что поближе
к кухне и подальше от поля — всегда выгоднее. Через пару дней, правда,
мы крепко почесали репы, поняв, что водопровод в виде колодца и мойка
в виде речки не сильно способствуют кайфу, но было уже поздно...
Итак, подъем в 5.30, пару огроменных выварок (в таких обычно кипятят
белье) — на плиту, варим макаронные изделия! НО! На вычерпывание
готовых макарон из 2 ОГРОМНЫХ баков отводится пара минут (а то
разварятся в кашу) и 1 МАЛЕНЬКИЙ друшлаг! в результате из первого бака
макароны начинают отчерпаваться полусырыми, а из второго заканчивают -
полуразваренными, что не способствует пищеварению и хорошему настроению
бойцов картофельного фронта.
Но не зря же все герои нашего рассказа — радиотехники. И вот однажды
мой коллега заявляет: "Ребята! В одной из жилых комнат я видел на стене
рыболовную сетку-малявочницу. А что если ее слегка спи... то есть
позаимствовать и процедить макароны через нее?"
Сказано — сделано. Баки обвязываются вокруг горловин сеткой,
переворачиваются — красота! Пара секунд — и макароны отделены от воды!
Сетка снимается, и швыряется в первый попавшийся тазик с грязной посудой.
Так проходит пара дней. Все довольны — и отряд, и повара. Но однажды
к нам приходит какой-то кент, и говорит: "Ребята! Мне сказали, что
у вас на кухне видели мою мочалку. Отдайте, а то мне бы помыться..."
Всеобщее недоумение. Какая мочалка? На фига нам чужая мочалка, когда
у каждого есть своя? И тут, через пару секунд, до нас начинает доходить,
что этот клиент мылил в бане свои разные места не чем-нибудь,
а вышеупомянутой сеткой!
Немая сцена... Мочалка отдается хозяину, он уходит довольный,
а мы продолжаем тихо офигевать. И заодно выяснять — не случилось ли
в последние дни в отряде случает желудочно-кишечных заболеваний -
от поноса до брюшного тифа. ТАК ВОТ НЕ СЛУЧИЛОСЬ!
Более того, мы потом настолько обнаглели, что варили в этой сетке-мочалке
рыбные головы на бульон. Народ был очень доволен — и суп жирный,
и всякая мерзость с глазами в тарелке не плавает!

Всем доброго времени суток!
Вспомнил тут историю, случившуюся в родном горном институте, примерно 7-8 лет назад. Вроде как не особо смешная, но что-то в этом есть, история про русское Авось и безалаберность)))
Как в любом горном институте, у нас в одном (да и в других тоже было) здании в коридорах стояли витрины с образцами пород и минералов... на некоторых этажах, в закутках аж целые "музеи" получались. Минералы и прочее привозилось с различных экспедиций, выкладывалось для изучения студентами и для красоты еще с советских времен, многие камни лежали не то что годами, десятилетиями!
У одной группы было занятие (простите не помню предмет и даже сути его) по работе с счетчиками гейгера... бродят студенты по коридорам во время пары, щелкает счетчик... и тут ОПА — у одной из витрин счетчик чуть не зашкаливает! Реально превышение нормы (это на Урале-то, с нашим естественным фоном..) в безумных пределах! О столь "незначительном факте" сообщают преподавателю.. Надо отдать ему должное, он без паники и криков, все проверяет, отпустив студентов... после сообщает в деканат и дружно принимается соломоного решение — пару довести до конца (для всех остальных студентов..) и спокойно выпроводить всех домой, по причине какой-либо (не помню уж..) пусть будет отсутствие света.
Все проверяется еще раз, пол дня перебираются все образцы, повторюсь "коллекция" большая, витрин 6 или 8 стоит рядом ))) ну и в конце находится злополучный источник )) Который куда-то там вывозится, утилизируется или что уж там нужно было сделать не знаю )) но факт тот, что нет больше каменюки злостной.
Как потом рассказал "по секрету", за рюмкой чая, один знакомый препод, каменюка пролежала лет 30-40, не меньше )))
Вот так бывает с нашим образованием ))) кроме знаний можно получить еще какой "подарок" ))

Студент сидит сдает экзамен по истории. Вдруг он поворачивается к соседке на задней парте и спрашивает:
— А в каком году отменили крепостное право?
Девушка, занятая ответом на свой вопрос, кратко отвечает:
— В 61-ом.
Парень отворачивается... О чем-то думает... и через три минуты опять поворачивается к ней:
— Погоди, это как.. В 61-ом же Гагарин в космос полетел...
— Ну да... Наверное, в честь этого и отменили...

Очередная история про преподавателей.
В 1994 году подрабатывала я в одной универской лаборатории...
Делаем как-то распечатки на лазерном принтере с преподавателем
древнерусской литературы Владимиром Алексеевичем (ВА). Сидит он
перед принтeром и сразу листочки ловит и по копиям распределяет
(какие-то учебные пособия для студентов). Сзади него топчутся трое
девчонок, собирающихся ему что-то там досдавать, т.к. ВА пообещал
после распечаток их выслушать. Надо сказать, что принтер очень
неудобно стоит — выход у него с другой стороны стола, где жизненное
пространство весьма ограничено, конечно, можно поставить стул и сесть
(что ВА и сделал), но совершенно некуда девать ноги. Время от времени
бумага в принтере застревает, я перегибаюсь через сидящего ВА
и вытаскиваю paper jam, заправляю новый листочек...
Кстати, надо сказать, что ВА был такой же чемпион по неожиданным
высказываниям, как к примеру, Черномырдин. Время от времени он
огрызался на поскуливания студенток примерно следующим образом:
"Я вам не богородица-троеручица: одновременно распечатку делать
и зачет принимать" или "распечатку сделать — это вам не непорочное
зачатие девы Марии — тут потрудится надо". Но это еще цветочки...
Внезапно вырубается электроэнергия. Все зависает, ессно, да еще
и темно, хоть глаз выколи. ВА возмущается: еще, мол, такие вот
неприятности, мало того, что в такой теснотище сидеть приходится.
Обращается ко мне:
-... и ноги затекли уже. В каких позах мы тут с вами, Анечка, только
не попробовали...
Скромное ржание студенток за спиной. Включается свет. Ессно, последний
лист в принтере застрял намертво. ВА вцепляется в него, пытается
выдернуть. Свет снова вырубается и внаступившей тишине слышится только
вопль ВА:
— Да отдавайся же ты!!!

Рассказала преподавательница.
Защита курсовой по зоологии в универе.
Умный студент переписал отчет какого-то института по искусственному
осеменению самок карпов и тихо бубнит. Вся комиссия понимает что к чему,
что он работы в глаза не видел, но для порядка задают ему вопрос:
— Все это очень хорошо, но скажите, какой ваш личный вклад в этот
нетленный труд?
Ответ убил всех наповал:
— Я лично осеменял самок карпов!
Вот что значит гореть за науку!!!!!

Экзамен в сельхозинституте.
— Можно ли делать аборт корове? — задает вопрос профессор.
, с ухмылкой:
— Ну, профессор, вы, видимо круто попали!

Навеяно историей №44 за 16 марта о том как в армии начальство просит
подчиненных представиться.
Преамбула: Было время, когда СССР помогал многим странам (в том числе и
некоторым арабским) и поставлял им различное вооружение и технику. Ну и
соответственно, чтобы арабов научить как всей этой техникой пользоваться,
в эти самые арабские страны также посылались советские военные
специалисты и советники. А для того, чтобы эти советники могли донести
до арабов свои знания, из Союза в эти военные коллективы посылали
переводчиков арабского языка (включая и гражданских — выпускников
восточных факультетов некоторых университетов — из Москвы, Баку,
Ленинграда и т.д. — для прохождения послеинститутской воинской службы).
Кроме того, из-за нехватки военных переводчиков, часто посылали на год и
студентов-арабистов после 4-го курса — на языковую практику, в качестве
стажеров (для дальнейшего повествования это важно).

Сама история: в конце 80-х и мне как арабисту — выпускнику ИСАА -
Института стран Азии и Африки при МГУ (привет друзьям ИСААшникам)
пришлось служить переводчиком в группе советских военных специалистов в
Йемене.
Коллектив наших военных был большой и порядки были такие же как в Союзе:
каждое утро перед выездом на работу все строились на волейбольной
площадке, иногда выполняющей функцию плаца. Соответственно ставились
задачи на день (в армии без этого никак нельзя, а то никто не будет
знать, что делать: -) А в конце прослушивалась политинформация по
материалам местного радио и телевидения, накануне подготавливаемая
дежурным переводчиком (чтобы все были в курсе — что творится в Йемене).
В один из дней дежурным переводчиком был студент-арабист из Союза
(назовем его Сашей). Ну вышел он, как полагается, перед строем — стоит,
читает. А вид у него был уникальный (брюки были явно коротковаты для его
высокого роста (он только приехал и не успел еще переделать накануне
выданную форму, кстати все наши носили там местную военную форму
НАТОвского образца?!). И из-под этих коротких темнозеленых форменных
брюк у Саши выглядывали ярко красные носки. Это-то и привлекло внимание
всех, в том числе и Главного Военного Советника — генерал-майора.
Дождавшись, пока Саша оттарабанит информацию, генерал решил выяснить -
кто этот товарищ, одетый не по уставу. Он подошел к Саше и так
по-отечески положив руку на Сашино плечо спрашивает: "Сынок, ты кто?"
(в смысле представься). Саша, будучи со страшного бодуна, пытается
сообразить, что ответить (он только приехал и еще толком не знал, что
нужно отвечать — ведь студенты и сами не знали кто они — практиканты,
стажеры или еще кто). У Саши поиск ответа на данный простой вопрос еще и
усугублялся количеством выпитого накануне.
Ну он не нашел ничего лучше, чем ответить — "Я — Саша". В строю все
заулыбались на такой нестандартный ответ, ну и генерал решил подшутить и
говорит — "Молодец, а я Володя. Представься — кто ты". У Саши начинается
лихорадочный мыслительный поиск вариантов (лейтенант? — нет,
гражданский? — тоже вроде нет, ведь в военной организации). Наконец его
осенило и он выдал генералу: "Красноармеец Ахромеев!", после чего весь
строй от смеха лег. Вот так вот. Эта история стала притчей во языцах
среди переводчиков.
Рассказал Джейхун.

Новости образования. В рамках усовершенствования системы сдачи ЕГЭ на
нем будет поставлен всего один вопрос: «Можете ли вы заплатить за
поступление в ВУЗ?»

Студенту:

Если книжку поднимая,
Ты под партой очутился,
То не надо торопиться,
Постарайся там уснуть!

ЗАГАДОЧНЫЕ АЛКАЛОИДЫ
Рассказывают, как-то раз, экзаменуя в Медико-хирургической академии,
знаменитый химик-органик Н. Н. Зинин спросил студента:
— А скажите-ка мне, что такое алкалоиды?
— Алкалоиды — это такие дурманящие вещества, у которых названия
оканчиваются на "ин" — хинин, кофеин, стрихнин, никотин... — бойко начал
перечислять экзаменуемый.
— Стой, стой! — воскликнул Николай Николаевич. — Хоть у меня с Бородиным
фамилии оканчиваются на "ин", но мы не алкалоиды!

Военно-медицинская история.

В Киеве, на Печерске, некогда соседствовали два замечательных ВУЗ-а:
КВИУС и КТИЛП. Первый был училищем связи, а второй — институтом легкого
поведения, простите, промышленности..
В первом институте почти 100% студентов составляли парни, а во втором
80% — девушки. В первом учился мой друг и одноклассник Костя Ф., а во
втором — ваш покорный слуга. Костя и поведал мне эту леденящую душу
историю.
Общаги КТИЛП-а располагались аккурат вокруг КВИУС-а, словно приглашая
уставших после хождения строем и других полезных дисциплин курсантов
перепрыгнуть через забор и предаться более приятному времяпровождению.
Нередко, культурный обмен между студентами осуществлялся в такой
пропорции: один взвод/одна девушка. Именно после такой ситуации, одним
недобрым утром, один взвод младшекурсников почувствовал некоторый
дискомфорт при оправке. На следущий же день взвод был отправлен в
Ирпень, где находилось кож-вен отделение Центрального Военного
Клинического Госпиталя ВС Украины. За исключением одного курсанта. Как
не крутил, не давил и не мучал он свой конец — ну ничего, все чисто.
В первое же увольнение счастливчик направился навестить братьев по
оружию. Собрались, поудивлялись такому везению и тут.. Наиболее
озлобленный на "ебучих шалав", "отцов командиров с их моральными
устоями", "сраных везунчиков, которых не выебали за этот триппер" и на
жизнь вообще боец сказал:

— Слушай, а у тебя совсем-совсем ничего не болит?
— Ну, вообще-то горло немного побаливает..
— Идиот! Мы тут уже давно лечимся, а ты болезнь свою запускаешь!!!
— ???

Говорят, хохот врачей было слышно в Киеве. Говорят так же, что другие
курсанты долго не могли без улыбки смотреть на "счастливчика".
Однако попробуйте себя представить на месте врача: сидишь ты, болтаешь с
медсестричками, а тут влетает боец с широко открытыми от ужаса глазами,
бросается к вам и умоляющим голосом начинает стонать: "Доктор, лечите
меня скорей, у меня триппер горла!"

Учитель математики с легкостью выиграл в преферанс тринадцатую зарплату и премиальные у учителя географии и по его совету поехал отдохнуть в места с красивейшим названием. Но как оказалось, глухие и гиблые.

Отец выговаривает сыну-студенту:
— Вместо того, чтобы учиться, ты бегаешь за девочками!
— Hо это совсем не так....
— Молчи! Кто здесь отец — ты или я?
— Оба, папа, оба...

Студент пригласил девушку на свидание. Гуляют по городу и проходят мимо
ресторана. Девушка говорит:
— Ой, как пахнет!
— Тебе понравилось? Хочешь, еще раз пройдем?

Много лет назад, будучи студентом, сидел я на лавочке неподалёку от института и пил пиво. Подошла ко мне старушка и говорит: "Милок, помоги денежкой, я хлебушка неделю не ела!" Я ей предложил пройти вместе 20 м до ближайшего магазина, где я куплю ей целый батон хлеба. А она мне отвечает: "Нахуй мне твой батон, ты денег дай!"
Так окончательно умерла моя вера в то, что, помогая попрошайкам, ты делаешь доброе дело.