Моя девушка всегда очень мало ела. Я, допустим, съем кусок торта, а она лишь выпьет чашечку кофе. С недавних пор мы стали жить вместе. Как-то захотел я ночью в туалет, смотрю — на кухне свет горит.
Я весь тащусь от того, что я там увидел, и ржу до сих пор: моя любимая одной рукой ест блины, а другой раскидывает кусочки блинов по полу, чтобы, как выяснилось, свалить пропажу блинов на нашего кота.

Единственное заболевание, которое могут бесплатно лечить сегодняшние
врачи — это девственность.

— Доктор, а это вы будете сейчас меня оперировать, да?
— Хм... Да. А как вы узнали?
— А у вас кровь на руках.
— А-а. Ха-ха. Не беспокойтесь, больной, это не кровь, это мы только что с друзьями неудачно
бутылку портвейна открыли...

У психолога:
— Что-то меня последнее время никто не понимает.
— В смысле?

— Какая-то хрень у вас с кожей творится...
— Должен сказать, дерматолог вы так себе.

В аптеке:
— Мне презервативов, пожалуйста.
— А какой номер?
— М-м-м, а примерочная у вас есть?

Хочу поделиться достаточно забавным случаем из моей учебы в меде. Шёл экзамен по анатомии. Пока я готовился к своему билету, отвечала одна милая девушка и один из вопросов у нее был из стоматологии (сами мы лечебники). Экзаменатор над ней поиздевался немного (видно было, что ему приносили удовольствие её ответы) и последним спросил сколько бывает смен зубов (вопрос из разряда самых легких, даже двоечники знали, что только одна — молочные на постоянные).
Девушка так замешкалась и говорит:
— Две!
Преподаватель заинтересованно переспрашивает:
— И какие же?
— Ну дык молочные на постоянные, а постоянные на золотые!
Весь зал расхохотался помню, а ей поставили 5 )))

Давно это было Учился я в Стоматологическом мединституте, что в Москве на Делегатской. Комсорг наш — Хася размером был семь на восемь, косая сажень в плечах и рост больше двух метров. Короче, здоровый такой тип. Как-то напились мы с ним пива немало, как раз перед очередной парой — по биологии. Косые совсем пришли на занятие. Тема — оплодотворение.
Преподша не замечает нашего состояния — сидим смирно, никого не трогаем.
И без задней мысли вызывает Хасю — давай, мол, отвечай по теме. Хася поднялся во весь свой огромный рост, потупил взор, смущенно потрогал огромным кулаком парту и голосом провинившегося подростка, чуть растягивая слова, сказал:
— Я сегодня к оплодотворению не готов.

— Доктор, что мне делать: я сплю с чужими женами, а мужья мне за это бьют морду?
— Пойдите в армию. Там вы немного остепенитесь.
Через 2 года.
— Спасибо доктор. Вы дали замечательный совет!
— Вы больше не спите с чужими женами?
— Еще как сплю! Зато за 45 секунд одеваюсь!

Реаниматологи — это люди, которые иногда способны убедить Господа, что он поторопился.

Вчера на автобусной остановке увидел девочку истинно переходного
возраста. В одной руке она держала сигарету, а в другой чупа-чупс.

— Доктор! Больной, которого вы называли симулянтом, скончался! Вы
по-прежнему уверены в правильности своего диагноза?
— Видите ли, батенька, люди — странные существа. В некоторых из них
упрямство сильнее инстинкта самосохранения!

В аптеке:
— У вас средство для выращивания волос есть?
— Есть.
— Хорошее?
— Очень! Вон видите за кассой человек с усами?
Это моя жена — она просто попыталась пробку с пузырька зубами
открутить...

Очевидцем был мой отец, а ему можно верить на 100%.
В начале 60-х он был студентом Читинского меда. Как известно, в
мединститутах науки преподают циклами, т.е. какое-то продолжительное
время, например, гинекология или урология или психиатрия, скажем, причем
значительная часть занятий — практическая, в соответствующих лечебных
учреждениях.
Вот, собственно, предыстория появления его в роддоме — а иначе зачем бы
ему туда?
Роддом в Чите тогда располагался в дышащем на ладан особнячке чуть ли не
18-го века постройки.
Студенты, значит, тусуются в коридоре второго этажа по своим учебным
делам. Вдруг в непосредственной близости появляется целая процессия
медицинских деятелей, обсуждающих вопрос закрытия этой развалюхи на
капитальный ремонт, при этом роддом собирались на время перевести в
военный госпиталь.
Эта компания состояла из нескольких мужчин довольно плюгавой комплекции
— они-то и двигали эту идею главному врачу роддома, женщине, которой Бог
явно с бОльшей щедростью, чем ее собеседникам, дал как веса, так и
роста. Она, разумеется, возражала против этой затеи. Поняв, что все
словесные аргументы ею уже исчерпаны, она, со словами "Да он еще сто лет
простоит!", легонько так подпрыгнула. И приземлилась этажом ниже,
ухитрившись и себе ничего не сломать и не задавить никого.

Главврач при обходе спрашивает у пациента:
— Ну, больной, жалобы есть? Может, питание плохое или медсёстры хамят?
— Не могу сказать доктор, сильный склероз у меня.
— Что же, у каждой болезни есть своя приятная сторона.

Когда студенты медицинских ВУЗов выбирают специализацию “Акушерство и
гинекология”, они ровным счетом не имеют никакого представления о том,
чем впоследствии им придется заниматься. Это я вам как Ленка говорю.
Будучи практиканткой, Ленка думала что гинекология ее призвание, потому
как беременность приносит радость материнства, правильный
гинекологический диагноз — облегчение страдающей, а в совокупности все
это принесет Ленке деньги. Но она заблуждалась, ибо в отсутствии в нашей
стране интимных магазинов, почти вся ее деятельность сводилась к
доставанию различных предметов из оргазмохранилища.

Что только не доставала она оттуда! Зажигалки, ластики, пеналы,
карандаши, ручки, бутылки, столовые приборы на шесть персон, и прочее.
Самой неожиданной находкой был рыболовный крючок с манком на щуку.
Рыбачили они, понимаете ли! Самой же сложной операцией было извлечение
коньячного бокала из тонкого стекла, засунутого ножкой внутрь.
Пациенткам, как правило, вопросы не задаются, по двум причинам. Первая
причина это все та же пресловутая врачебная этика, не позволяющая
профессионалу интересоваться подробностями личной жизни пациента. А
вторая состоит в том, что как правило, вопросы задавать бесполезно:
пациентки находятся либо в посттравматическом шоке (и это уже дела
милиции разбираться в бстоятельствах и местах_имения), либо они по жизни
неадекватные особы, проживающие на вокзалах и подвалах.
Случаи извлечения инородных тел, повторюсь, не редкость, но однажды на
прием пришла интеллигентная тихая женщина средних лет и пожаловалась на
то, что ей дискомфортно.
Ленкино удивление не имело границ, поскольку дискомфорт вызывал средних
размеров туб с шампунем. После извлечения предмета, доктор приступила к
своим бюрократическим обязанностям:
— Место вашей работы и должность? — спросила Ленка, заполняя карту.
— Я работаю старшим библиотекарем в городской республиканской
библиотеке, — ровно ответила женщина, поправляя очки.
Ответила она так, как будто ей не шампунь сейчас вытащили, а взяли кровь
из пальца. И тут Ленка не выдержала:
— Позвольте, вы интеллигентная взрослая женщина, неужели вы не знаете,
что такие игры опасны?! Я понимаю когда пьяные малолетние девочки
балуются, позволяя партнерам засовывать в себя пивные бутылки, но вы!
Вы производите впечатление абсолютно адекватного человека! Как вы
могли?!
— Елена Александровна, честное слово, все было совсем не так. В меня
никто ничего не засовывал, — спокойно ответила женщина.
— ?! Позвольте, но как тогда?!
— Видите ли: я принимала на ночь ванну: я люблю, знаете ли, принять
ванну на ночь: с интересной книжечкой, горячим чаем, сигаретой. Вот и
вчера я принимала ванну, читая книгу, и сама не заметила как ОН туда
ЗАПЛЫЛ!
— Вы что, издеваетесь надо мной? У нас у всех, конечно, треугольник, но
не Бермудский же! — возмутилась Ленка.
Женщина молчала, потупив взор. От этого молчания Ленка сразу вспомнила
про врачебную этику и ей стало стыдно. Она больше бы ни слова не
спросила, если бы женщина вдруг не повторила:
— Честное слово! Увлеклась книгой и не заметила как заплыл!
— А что за книга-то? — вдруг заинтересовалась доктор
— “Жюстина” Маркиза де Сада...
Вот это, я понимаю, пи#датая литература!

Главвpач пpи обходе спpашивает сестpу:
— Какая утpенняя темпеpатуpа больного из семнадцатой палаты?
— Я точно не знаю, доктоp...— Что значит "не знаю" — это ваша обязанность!
— Дело в том, что ночью его от нас пеpевели...
— Куда?
— В моpг.

В психиатрии ведь как — кто первым халат надел, тот и доктор.

— Больше всего на свете боюсь стоматологов и темноты.
— А темноты-то чего бояться?
— А хрен его знает, сколько там в этой темноте стоматологов!

Пациент-врачу:
— Доктор, а вы в самом деле можете определить болезнь пациента по его любимому литературному произведению?
— Да, конечно. Какая ваша любимая книга?
-"Что делать?" Чернышевского.
-Та-ак. И давно у вас не стоит?