В Голландии уже несколько лет обсуждается возможность введения штрафа за ношение хиджаба в общественных местах. Порадовала карикатура в местной газете — две мусульманки, одна в обычном хиджабе, другая с туристической палаткой на голове и пояснением: "Штраф за разбивку палатки в неположенном месте на 20 евро меньше, чем за ношение паранджи".
Тем не менее замотанных до глаз (местные дети называют их Зорро), а иногда и с глазами в черное фигур становится как будто больше и больше с каждым годом. Моя маленькая дочка, впервые увидев этакое привидение в местном молле, долго с раскрытым от изумления ртом это рассматривала. Придя домой, ребенок первым делом достал из шкафа большое банное полотенце и набросил себе на голову, затем весь вечер задумчиво бродил в таком виде по гостиной, налетая на мебель (за что я уважаю свою дочь, это за стремление сначала понять все своими силами, а уж потом спрашивать взрослых). Затем она уселась в углу и долго и усердно что-то соображала — аж скрип шестеренок в ее маленькой головке был слышен.
Ни до чего не додумавшись, малышка наконец нас спросила: "Тетя очень некрасивая?" Такое объяснение могла придумать только женщина!

Начало 90-х, элитная гимназия, контингент — дети новых русских. Вовочка переведен из другой школы и первый раз пришел в класс. Вовочка одет очень скромно и ведет себя тихо.
Пожилая учительница спрашивает: Вовочка, расскажи о себе и родителях.
Ну, живем мы вдвоем с отцом. Он говорит, что в жизни главное — следовать Ленинским заветам.
Учительница, удивленно: Вовочка, ты ничего не путаешь?
— Нет, у отца над кроватью даже портрет Ленина висит.
— А какие же заветы Ленина ты знаешь?
— Отец говорит, что главных заветов 3: работать в Кремле, жить в Горках и ездить на Роллс-Ройсе.

Молодой католический священник обходит свой новый приход. На углу он видит магазин "Рабинович и О"Коннелл". Священник входит и обращается к еврею в ермолке:
— Я очень рад видеть, как ваш и мой народы дружат. Я просто поражен!
— Вы будете поражены еще больше, если узнаете, что О"Коннелл — это я, — ответил еврей.

Сидит Вовочка на скамейке и ест десятую конфету подряд. С соседней лавочки раздаётся голос:-Мальчик, если ты будешь есть столько конфет, у тебя будут болеть зубы. -Знаете, дядя, мой дедушка дожил до 100 лет.-и что, он ел по 10 конфет в день? -Нет, он просто тихо сидел на скамейке и не совал нос не в своё дело!

Здание клуба атеистов и церковь стоят по соседству. Так сказать, хотите верьте, хотите нет.

Маленький мальчик оказался в церкви, построенной в честь павших воинов, на стенах которой множество барельефов и надписей в память о солдатах. Мальчик спрашивает у священника:
— А что там написано?
— Ну, сын мой, это в память о тех, кто погиб на службе.
Мальчик, с опаской:
— На утренней или на вечерней?

Профсоюзный комитет шахтеров, отвечая на многочисленные вопросы читателей, официально уведомляет.
В опубликованной в прошлом номере газеты фразе "ШАХТЕРЫ ЧЕТЫРЕ НЕДЕЛИ НЕ МОГЛИ ВЫЙТИ ИЗ ЗАБОЯ" все слова напечатаны правильно.
_
Из раздела юмора на

Новый Русский(НР) поймал золотую рыбку и говорит:
-Вот слушай,рыба,все вроде у меня есть,даже не знаю чего мне надо от тебя.Может тебе чего то подогнать?
А рыбка думает,вроде нормальный пацан,все равно выполню его три желания.
Едет НР по трассе,вдруг его обганяет "Майбах".НР в мыслях "Вот бы на такой тачке прокатиться!"
И через секунду уже едет в "Майбахе",салон из красного дерева,телик показывает как девки по подиуму ходят.
Новый русский сразу "Вот бы мне такую девочку!"
Раз!И уже рядом девка полуголая сидит.
"Эх,сейчас бы лет на десять назад мне.."-думает НР,
И вдруг-опа!Камера,нары,баланда в руках.

Историями об иностранных магазинах с "неприличными" названиями
навеяло...
Помните, несколько месяцев назад тут много говорили о разных фамилиях.
Вспомнили тогда и иностранцев с именами Хуяк и Нахер....
Приехав в Россию, эти невольные страдальцы очень быстро ориентируются
и имя свое подправляют. Первый становится Куяком, а второй — Натером.
А известная нам с детства Пеппи Длинный Чулок тоже носила в оригинале
не совсем благозвучное имя — Пипи.
Но это в России. А что если такой приезжает куда-нибудь в Америку?
Так и носит он свое имя на радость русским иммигрантам. Был у нас на
факультете один такой китаец с (вполне нормальным китайским) именем
Хуй. Радовались мы как дети малые, особенно в первый раз, когда он
представлялся — "Привет, я — Хуй". Я еще тогда звонил своему другу в
другой штат, он меня сразу осадил — "Ну и что", — говорит, — "у нас тут
целых два Хуя. Причем один носит красивую звучную фамилию — Ло."
После столь длинной предыстории последует весьма короткая история.
Тем, кто не знаком близко с китайскими студентами, напомню, что
подчинение "старшему брату" у них буквально "в крови", ну воспитали
их так в Китае.
Ну так, сидим мы в компьютерном классе, второй час мучаем какую-то
программу. Заходит еще один русский — наш приятель.
— Ну как успехи?
— Счас проверим, я только что очередную ошибку нашел..
....
... запускаю...
....
... показывает результат — не то: -(...
.....
— Работает?
— (громко) Хуй!
Тут этот китаец вскакивает, бежит через всю комнату к нам, становится
по стойке "смирно"....
— Yes?

Было даже немного неудобно: -)

История. . . ну не хуже и не лучше других.
Рассказанная соседом по двору из Грозного.
90-ые годы. Мединститут. Сессия. Экзамен. Вопрос про мочеполовая система
у мужчин. Отвечает девушка. То есть мнется хочет поменять билет -препод
не зная вопроса отказывается менять. После хождения вокруг да около
вопроса препод ознакомившись с билетом задает прямой вопрос:
— Назовите средний размер полового члена мужчины
Та смутившись отвечает — 18-20, сбивается и добаляет... метров!
На что препод реагирует — Это что же выходит? Я тут сижу а мой ...й
где-то под столами гуляет!!!

Из советсткой педагогики.

Сочинение на тему "Как я провел лето". Вовочка пишет "Отлично" и получает неуд с пояснением, что недостаточно полно раскрыл тему. Оценка могла быть лучше, если бы Вовочка правдиво написал, что летом катался на соседской козе, воровал колхозные яблоки, курил травку и пил портвейн, лапал пионерок.

После кризиса дети приходят в школу.
Учительница, рассадив детей по партам, говорит:
— Детки, дорогие, ну расскажите мне, как изменилась ваша жизнь
после кризиса-то? Ну-ка, Петенька!
— Ну, че, Марья Иванна, плохо стало совсем, вместо "ЛЕГО".
"КИНДЕРАМИ" пичкают, день рождения мой вместо "Арлекино".
дома праздноваться будет, вот так-то!
— А ты что скажешь, Васенька?
— Да вот папа свой офис в центре продал, перебрался на окраину.
продукты теперь покупаем не в супермаркете, а на рынке.
— А ты что расскажешь, Вовочка?
— Да блин, мамку отдали.
Дети все, вместе с Марией Ивановной:
— Как это отдали???
— Да я уже большой, от сиськи отвык, у бати не встает, ну и на
хера нам лишний рот в семье?

Вовочка приходит к соседке:
-Тетя Клава, у меня мама заболела и нужно малиновое варенье!
-Конечно, конечно, деточка! Куда тебе налить?
-Да никуда, я здесь сожру!

История совсем не смешная, скорее просто "ирония судьбы".
В одном провинциальном городке жил-был студент Ваня.
Дело было во времена далеко застойные (70-е годы), Ваня с другими
студентами педфака хлестал алкоголь, а потом втихаря стучал на друзей в
комитет комсомола и в первый отдел: кто с кем пьет, кто с кем живет, кто
что говорит нехорошего.
Рано или поздно тайное становится явным: Ваню вычислили и решили
устроить ему темную.
Подкараулили у общежития, когда уже программа "Время" началась
(22 часа по местному времени), да он не один оказался, а с девушкой.
Представьте себе ситуацию: полдюжины молодцов с нехилыми кулаками,
разящие округу парами пива, и маленький такой шибзик-очкарик с
девушкой... девушка, кстати, даже очень ничего...
В общем, инициатор разборки демонстративно засучил рукав и сказал:
— Ваня, надо разобраться.
Ваня развернулся на 180 градусов и побежал. На бегу он лихо перепрыгнул
метровый забор — как будто через кирпич шагнул.
Девушка офигела, народ тоже.
Главный забияка смущенно пробасил:
— Девушка... время темное, можно мы вас домой проводим?
Девушка не возражала. Так и познакомились. И поженились потом с
забиякой.
Но это потом, а на следующий день весь педфак знал о том, что произошло
с Ваней. Люди в открытую над ним подтрунивали: ну вот, зачет по физре он
сдать не может, а метровый забор перепрыгнуть — раз плюнуть. Тебе б,
Ваня, в цирке, работать!

Кстати, Ваня, педагогом так ни разу и не проработал. Говорят, сейчас
вправду в местном цирке работает.

Один женатый американец не поленился регистрировать все случаи секса с супругой и аргументы, которые она приводила в пользу того, чтобы им не заниматься.

Годовой отчет выглядел так: Секс — 12 раз.

Причины им не заниматься:
“Я только сегодня постелила свежее белье” — 55 раз.
“Я устала” — 50 раз.
“Я не в настроении” — 44 раза.
“У меня критические дни” — 27 раз.
“У меня дико болит голова” — 23 раза.
“Слишком поздно. Мне завтра надо рано вставать” — 20 раз.
«Еще слишком рано” — 19 раз.
“Я не могу пропустить эту серию” — 19 раз.
“Мне больно” — 17 раз.
“У меня маска и бигуди” — 17 раз.
“Мне слишком жарко” — 16 раз.
“Ты что, не видишь, я сплю!” — 16 раз.
“Мы разбудим твою маму” — 10 раз.
“Я ужасно обгорела на солнце” — 8 раз.
“Слышишь, из-за тебя проснулся ребенок!” — 8 раз.
“Соседи услышат” — 4 раза. П

Совет женщинам: выглядеть нужно всегда так, чтобы мужчины думали: "М-м-м, какая!", а женщины: "Вот же сучка!".

Мой жизненный опыт показал… в жизни не врут две вещи… Это зеркало и исправные весы…

Главный редактор автомобильного журнала имел прекрасное чувство юмора: две последние полосы его издания постоянно занимала реклама ритуальных услуг.

К слову о футболе и скромности.

В юности у меня было много впечатлений, но это одно из тех, которые при всей своей простоте врезались в мою память на долгие годы.
В те годы мы жили впятером в простенькой трешке с маленькой кухней и зассаными подъездом и лифтами. На лестнице лежали шприцы и бутылки, и даже кого-то изнасиловали. В общем приятного было мало. Школа у меня была хорошей, но уж больно заумной. Учиться приходилось очень много, и с учетом математического уклона и постоянного недосыпа на спорт времени отводилось крайне мало. Поэтому, когда набирали команды для игры на уроке физкультуры, я всегда попадал в лучшем случае в команду лузеров, а в худшем — на скамейку запасных. Особенно хреново было с футболом. Играть совершенно не получалось — из-за недосыпа была плохая реакция, да и вообще не получалось у меня играть как–то. Кроме меня, в классе был ещё один неспортивный парень, которого тоже постоянно оставляли на скамейке запасных. Мы с ним общались, но дружить особо не дружили.
И вот как-то раз мы остались с ним на этой скамейке на весь урок. Физрук отошел по делам и команды на замену просто не было. А играть очень хотелось – на поле был почти весь класс, включая тех, кто играл хуже нас. Но наши предложения замены никто не слушал – дружбы в классе, кроме отдельных парочек, не водилось.
Мой сосед по скамейке был обижен почти до слез – хотя это был восьмой класс и ребятами мы были вполне уже взрослыми. После уроков он подошел ко мне и предложил прогуляться вместе – мы жили в одном районе.
Мы пошли домой длинным путем – мимо линии магазинов вдоль одного из проспектов города. И тут на нашем пути возник магазин спорттоваров. Причем это был наверно один из самых крутых спортивных магазинов того времени (это был конец 90-х).
Мой приятель встал напротив витрины, посмотрел полными смешанных чувств глазами на стоящего в витрине футболиста, затем на меня и вдруг сказал:
«Если ты дашь мне честное слово, что это останется между нами, то у нас сегодня с тобой будет самый крутой футбольный матч, о котором ты будешь всю жизнь помнить». Я дал слово (сейчас уже больше 15 лет прошло, думаю на условиях анонимности меня простят).
Маленькое отступление – в нашем классе ребята учились не только бедные, но и весьма скромные – в самый расцвет моды гриндерсы были у 1 парня, который на них сам заработал. И приятель мой ходил в одном комплекте одежды и не имел даже математического калькулятора, оный был у половины класса и считался предметом первой насущной необходимости.
В общем, меня взяли за руку и повели в магазин. Приятель купил нам 2 комплекта самой дорогой формы и какой–то крутейший футбольный мяч. Я конечно охренел от такой щедрости, но главное было впереди. Мы дошли пешком до нашего микрорайона и приятель сказал, что «сейчас пойдем играть». Поля для футбола у нас в районе не было, посему я был сильно удивлен.
Но вот мы дошли до только что построенного дома. Мое удивление росло – парень жил неподалеку, и что нам делать тут – нас ведь даже на территорию не пустят (это была единственная элитная новостройка в районе). Но у него был пропуск. Не отвечая на вопросы, куда мы идем, он нажал последнюю кнопку в лифте. Приехав, я увидел шикарную отделку лифтового холла и крутяцкую дверь. За которой….
Была квартира. КВАРТИРА без ремонта. Одна квартира на весь этаж. То есть не этаж, а «срез» или уровень. То есть жилплощадь занимала пространство всех подъездов этого дома, оных было 8 с каждой стороны. В середине этой квартиры был зал. Да, он уступал по размерам школьному спортзалу, но не сильно. Реально не сильно. С обоих сторон зала начинались анфилады комнат, и начало их было похоже на ворота.
Мы переоделись и начали играть. И играли в футбол. Одни. В квартире. Высота потолков позволяла бить навесными, а когда мяч улетал в ворота, найти его было целой эпопеей.
Домой я возвращался со смешанными чувствами, похожими на переживания студентки из убитой комнаты в общаге, которая возвращалась с вечеринки на огромной цековской даче. Парень вскоре ушел из нашей школы, и я так и не узнал «кто он».
Но каждый раз, когда меня потом оставляли на скамейке запасных, я вспоминал тут игру, и на душе становилось как-то радостно и легко.

История про сопромат

Год 1981, учеба в славном УАИ, второй курс, начало февраля. Только что
благополучно сдан экзамен по сопромату и начинаются законные зимние
каникулы. На следующий день – вперед, развлекаться в столицу!: ) Не
подумайте чего – просто родня у меня на Украине, а туда обычно попадал я
через Москву самолетом, а оттуда до Днепропетровска поездом. Это сейчас
самолет в некотором роде роскошь, а тогда вполне доступное даже студенту
средство перемещения в пространстве. Ну и звало и манило некоторое
количество одноклассников, поступивших в Москву, и как бы учившихся там
в разных продвинутых институтах.
Один из моих друганов, Хамит, в дальнейшем «старик Хэм» или просто Хэм,
умный и сообразительный перец, поступивший без проблем в Керосинку или в
просторечии МИНХиГП им. Губкина, за полтора года «учебы» настолько,
по-видимому, расслабился, что когда я ввалился к нему в комнату на
шестнадцатом этаже общаги, где-то в районе Беляево, был смурной и злой
на весь мир. На естественный вопрос, что за дела, поведал, что в
очередной (четвертый) раз не сдал сопромат, что завтра ему дается
последняя попытка, и что в случае неудачи светят ему сапоги и славная
Советская армия. А тогда с этим дело было весьма строго, особенно
проблемно было студентам, вылетавшим из московских вузов. Соседи по
комнате, веселые уроженцы Феодосии, два Шурика, подтвердили, что да,
беда, как-то надо решать проблему и тут же ломанулись в магазин. Короче,
к четырем вечера, в комнате сидело уже челов 10 местных студентов (в
т.ч. один негр и один вьетнамец), и штуки три девок, явно найденных в
окрестностях студгородка. Если думаете, что все обсуждали хэмовы беды,
то глубоко заблуждаетесь, ибо половина была такими же расп…ями, с такими
же проблемами, только относилась к ним попроще. Только где-то в
двенадцатом часу, когда все было выпито, народ вспомнил, что блин завтра
же снова пересдачи, надо бы как-то реагировать и разбрелся по своим
нычкам, кто с девками, кто с… ну не важно: ). И тут пьяный Хэм предлагает
не менее пьяному мне, а давай, Игореха, сдай за меня экзамен завтра,
типа ты же только что его в Уфе сдал, какие проблемы? Я ессно охренел,
ты чего, Хэм, спятил, ты позавчера сдавал, а завтра с твоей фамилией
другой перец полезет сдавать, да вмиг вычислят, а хуже будет только
тебе. Ну давай, говорит, твою фотку в зачетку вклеим… Ну умник, где ж я
фотку в спальном районе в двенадцать ночи найду и печать институтскую
сверху, давай лучше я тебя «натаскаю»… Ну давай… Хрен там, уснули через
пятнадцать минут как суслики…
В шесть часов побудка – так принято, ибо не успеть к 8.30 все дела
сделать и доехать до Керосинки. Побудку, надо сказать, я наблюдал весьма
оригинальную. Над одним из Шуриков висела обычная книжная полка, а на
ней стоял не менее обычный, всегда включенный однопрограммный динамик и
его шнур еле-еле доставал до розетки, так что динамик стоял на краю
полки, а шнурок был внатяг. Дальше догадываетесь… Ну так вот – в шесть
начинал играть гимн СССР, народ начинал ворочаться и Шурик тоже, задевал
рукой за шнур, приемник падал на Шурика, начинались матюги, ну и не
встать после этого было никак нельзя. Ессно, Хэм — полный ноль перед
сопроматом и снова начинает базар по меня и экзамен. А мне тоже
нехорошо, физически, но видя напряги другана, сдаюсь, поехали. Как с
зачеткой быть, с преподом, даже не думали, плюнули и поехали. А надо
сказать, что Хэм – ортодоксальный татарин, чернявый, да еще на фотке
бритый под ноль (сам брил перед его отъездом в Москву), вылитый зек, да
еще смурной. Я тоже не блондин, но похожести никакой не наблюдалось: (.
Короче, поехали, насколько помню, автобус 108 до м. Беляево (если ошибся
– давно было), ну духан в автобусе был соответствующий... Прибыли в
Керосинку, снова вопрос – а как, собсно...? Ну ладно, Хэм в деканат за
направлением (последним), приносит, вкладываем его в зачетку, но не туда
где фотка, а на страничку с экзаменом, т. е на 3 странички правее от
фотки, это важно: ). Я заруливаю в искомую аудиторию, а Хэм в свободную
аудиторию напротив...
Несмотря на серьезность момента, мне доставило большое удовольствие
лицезреть вытянувшиеся физии и квадратные, насколько это возможно после
вечерних посиделок, глазки некоторых товарищей. Понять их можно –
приехал кекс из Уфы, пил с ними водку накануне, и какого хера теперь он
делает на ИХ экзамене???: ) Я же сую зачетку в общую стопку, беру билет,
профессор на меня даже не посмотрел, спросил фамилию, записал номер
билета и я свалил за парту. Профессор, если не изменяет память, имел
странную фамилию – Сердий, имя-отчество я так никогда и не узнал.
Выпускники Керосинки начала 80-х должны его помнить – характерная
бородка клинышком, очки, маленький росточком, но пузатенький –
классический московский препод. Просидел около часа, сопромат предмет
обширный и программы в Уфе и Москве отличались существенно, первый
вопрос – без проблем, ибо свежи воспоминания пятидневной давности,
второй вызвал некоторые напряги, а третий «мы еще не проходили», в общем
моя хорошая память и некоторое количество познаний в общей физике
позволили профессору поставить мне законный трояк с назидательным
ворчанием себе под нос, что-то вроде «можете ведь, суки, когда
припрет... ». Наступил самый ответственный момент... Проф берет зачетку,
которую я ему услужливо подсунул открытой на первом семестре второго
курса, ставит трояк в нее и в ведомость и видно, что хочет
поинтересоваться, а каковы успехи этого урода на первом курсе... листает
зачетку в обратном направлении, ну думаю, пипец старику Хэму, до фотки
одна страничка, думаю если перевернет ее, хватаю ее и быстро съе...сь
из аудитории, а там будь, что будет. Но свершилось чудо, он ее
захлопнул, отдал мне, типа вали отсюда, урод, и больше не попадайся мне
:)...
Когда я впорхнул в аудиторию напротив, Хэм угрюмо смотрел с высоты 7
этажа на Ленинский проспект, а на доске, которая была вначале, по-моему,
чистая, красовались нарисованные мелом картины, наверное, из жизни Хэма,
достойные Дали и Босха, запомнился трехголовый кошак, несколько
непристойных фрагментов, цитаты из Швейка и Химэна, короче перенервничал
парень в полный рост... Ну, радость была ессно неописуемой, и с 12 дня и
до Курского вокзала мы прошлись ПЕШКОМ по всем открытым кабакам
(напомню, год 81, количество кабаков на единицу площади столицы
составляло 1% от нынешнего) и в поезд я садился уже «непомнюкак»...

Когда я вернулся в Москву после Днепра через неделю веселого украинского
оттяга, Хэм выглядел гораздо свежее, сразу прикупили билеты на самолет
на Уфу на 23.30 и поехали гулять по городу, затариться продуктами (81
год!), подарками домой. На вопрос, а когда нужно в Домодедово быть,
чтобы без проблем улететь, Хэм сказал, что все ништяк, не надо никакого
Домодедова, регистрация всех самолетов на Уфу делается на Аэровокзале, а
оттуда автобус прямо к трапу в Домодедово. Я уже слышал про такой
сервис, поэтому спорить не стал. Приехали на Ленинградку часов в шесть
вечера, пошли в кафешку на втором этаже аэровокзала, взяли немножко
коньячку (могли все-таки студенты тогда себе позволить), мороженого и с
удовольствием посидели. Где-то в районе девяти вечера я пожелал узнать
из какой секции регистрация, на что Хэм сказал, что еще рано, скоро сами
объявят, через полчаса я начал уже беспокоиться и мы пошли искать нужную
секцию. Какой же был жестокий облом, когда выяснилось, что нужно ехать
на регистрацию именно в Домодедово, а время уже 21.45, а регистрация
заканчивается в 23.00. Реально туда можно было попасть только на тачке,
а у меня в кармане оставалась только пятерка и у Хэма трояк, а таксюги
просили минимум двадцатник (охренительные деньги по тем временам), да
еще дождаться попутчиков. А законный автобус ехал законные час-двадцать,
т. е. я не успевал всяко, да еще очередь на него отстоять надо было, в
текущий автобус я уже не попадал. Короче, дождались пока кондуктор всех
обилетила и свалила, дали водиле пятерку, загрузили барахло (надо
сказать, что у меня была здоровенная сумка на 15 кг лимонов и апельсинов
себе и хэмовой родне, еще 3 сумки и кукла сетрице), сказали «жми
родимый», распрощались с Хэмом, я ессно высказал, все что о нем думал,
он сказал, что все это правда, а автобус стартанул. Многие прекрасно
знают маршрут от аэровокзала до Домодедова, а также, что движение и
пробки тогда в Москве были немногим меньше нышешних. Но, поверьте,
господа, автобус доехал до Домодедова за 55 мин, цифра точная ибо я
только и делал, что смотрел на часы. Но увы мне! когда я со своим
скарбом подлетел в 23.00 к нужной секции, на табло уже опадали буквы
У Ф А, и мне было сказано, что, парень, все самолет уже того, ну попробуй
на посадку. Там тоже облом, ибо мой билет уже был продан... Короче,
перспектива, в кармане трояк, просроченный билет, куча барахла,
мобильника нет: )), грустно поперся к админу аэропорта узнавать, что
делать в таких случаях... Не зная повезло или нет, скорее все-таки
повезло, когда она мне сказала, что есть один билет на этот же рейс, но
завтра, через сутки. Заимел я этот билет почему-то бесплатно, просто
вернув просроченный (во были времена!) и потащился искать свободное
место. Тогда Домодедово был еще не нынешний красавец, а так, чуть выше
среднего. В общем, сутки я просидел на своем барахле, изредка бегая в
сортир и совмещая рискованные отлучки от барахла поеданием холодной
курицы и питием фанты из автоматов (о, это была лучшая часть
моей суточной отсидки, напоминаю: 81 год, фанта – это европа!). Когда же
пришло время топать на регистрацию, выяснилось, что у меня перевес
багажа, и что оставшихся бабок уже не хватает его оплатить. Хорошо, что
тетя на весах вошла в мое положение и простила неоплаченные лишние 9 кг.
В самолет я садился уже без денег. В Уфу прилетел в 3.30 по местному,
возник вопрос, а как домой без денег? Пришлось расковырять блок «Явы»,
который вез товарищам, извлечь пачку и продать ее какому-то мужику,
торчащему на ночной остановке в ожидания первого автобуса на город. Ну,
дальнейшее все стандартно, приехав домой, сутки я только спал и в
промежутках хавал все что было дома.
Вот такие веселые времена были, господа!

Игорь AKA orange