Разговаривают две туристки.
— Я уже два дня в Париже, а еще ни разу не была в Лувре.
— Это, наверное, от перемены воды или пищи.

Пара влюбленных в квартире одна.
Девушка томно сидит у окна,
Милый ее замечает едва:
Он вдохновенно играет в "Ил-2"!
В девичьем сердце горячая кровь:
"Я у "Ил-2" отвоюю любовь!
Отворожу! Отберу! Отниму!"
...Лишние тряпки в любви ни к чему:
В ванной оставлен купальный халат,
Брошен на милого пламенный взгляд,
Вместо наушников возле виска
Прикосновенье тугого соска!
Шнур из розетки безжалостно вынут,
Милый на мягкий диван опрокинут,
И в лобовую пошли на таран:
Он — новичок, и она — ветеран!
Ночью соседи уснуть не сумели:
Гулко пружины дивана гремели!
Состыковав два ликующих тела,
Пара влюбленных как "Цвиллинг" летела!
Вот он, миг счастья! Любовь победила!
Нет между ними разлучника-"Ила"!
Девушка громко от счастья кричала:
Бурно победу свою отмечала,
Сладко стонала и охала тяжко,
Только в любимом ошиблась, бедняжка:
Счастлив снаружи и внешне влюблен,
Мысленно был на "Геннадьиче" он
И, соблазняя подругу вночи,
Дико вопил: "НА, ФАШИСТ!!! ПОЛУЧИ!!!"
_
Красные крафты на взлете сбивая,
Помни, фашист, про Девятое Мая!

— Почему соседи сверху всегда такие идиоты?
— Спроси об этом соседа снизу.

Девушку спрашивают: во сколько первый раз влюбилась? В 16. А во второй
раз? В 16:30.

Одна подруга спрашивает другую:
— Ну, и как ты провела ночь со своим туристом?
— Ой, и не спрашивай! Путешественник — он и есть путешественник.
— А что такое?
— Да у него и в сексе ощущается непреодолимая тяга к перемене мест.

Римский Папа не негр, и не баба? Странно. Куда катится мир?..

Проводы зимы

После народного праздника «А пошла ка ты Зимушка нахер» именуемого «Проводы зимы» наблюдал, как один гражданин нетрезвого пола оседлал старый унитаз и с криком «Я Чапай на коне!» покатился на нем с горки. В конце спуска старый и, судя по возрасту лично видевший революционные задницы санфаянс, налетел на камень, в результате чего пол унитаза в виде осколков фаянса переместились в Чапаеву задницу, равномерно распределившись по правой и левой половинам. Скорая, унитаз в жопе и красная лужа, в общем прекрасное завершение праздника. А я, глядя на это вспомнил…

… Мне лет десять. Хулиган, хулиганом. Но не злобным, как сейчас, а просто пытливым. Сколько было познано и узнано нового, после фразы «А что будет, если…»

…Тоже горка и ванная утварь. Только не унитаз, а само корыто. Чугунное, тяжеленое. Мы, пока его тащили с пацанами со свалки, чуть дикобраза не родили. Но дотащили. Заволокли на вершину обледенелой горки и сели думать. Думать было об чем, в частности, как управлять этим монстром. Отличник Дима робко предположил, что вставленная в сливную дырку палка вполне может послужить рулем. Ну, в крайнем случае тормозом. Димино предложение было вполне рационализаторским и отдавало новизной в области рулежки и поэтому, после недолгих обсуждений, в ходе которых идея была принята без доработок, наступило время ее внедрения. Внедряли мы недолго, но качественно. С той же свалки был притащен здоровый лом, который и стал тем самым рулем.

Затем была небольшая драка за право быть первым испытателем, в которой победил Вадик, заплатив за это оторванным ухом на заячьей шапке. Глядя на ухо, Вадик очень дальновидно, флегматичным тоном изрек про «немереных размеров пилюль от матушки» и принялся усаживаться на перевернутую ванну. Правда сначала мы планировали ехать внутри корыта, но как оказалось таким макаром по льду она скользит как бульдозер по асфальту, а вот перевернутая, своими гладкими бортиками катится как Плющенко по льду.

Суровый Вадик, с лицом мартышки впервые запускаемой в космос, уселся на перевернутую ванну как на лошадь и воткнул ломик в слив. «Поехали!» — явно насмотревшись кинохроники махнул он рукой.

— Эээ, погоди! – прервал запуск отличник Дима, – Там еще второй может сесть. И опять Димино предложение не нашло опровержения. Вторым пилотом, без споров и криков был избран я. Во первых, потому, что это именно я оторвал ухо у Вадиковой шапки, а во вторых, я уже уселся на ванну и пригрозил, кто попытается претендовать на мое место, тому я космический руль временно превратив в шпагу, затолкаю в организм по самую гарду.

— Ну, поехали! – второй раз скомандовал Вадик. Пацаны только пристроились к корыту, что бы столкнуть его с горки, как…

— Э, а ну стой, шпана малолетняя! – мужик появился внезапно и старт был отложен. – Вы тут че? А, катаетесь! – догадался он, дыша на нас праздником проводов зимы , с которого и шел.

– Ну-ка, скидай свое тело отсель! – почти вежливо попросил он меня, — Я поеду!

Выбора у меня не было, тем более с той же стороны подваливала его компания из трех, таких же, дышащих невкусной водкой, кренделей.

— Петро, а слабо тебе сесть вперед? – кто то из тройки грамотно надавил на «слабо» злому дяде, – А то пацана вперед усадил и прячется за него.

— Слабо?! – Петро одним движением перекинул Вадика за спину, тем самым показав, что он мужик настоящий, а не какой нибудь картонный.

— Ну чо стоите? – приподняв лом торчащий в сливе обернулся умный Петро, – Толкайте.

… И только отличник Дима, глядя как корыто заскользило вниз, пророчески прошептал, — Дааа, Боливару не увезти двоих…

Ванна, штука тяжелая. А если она еще и хорошо скользит, то она еще и монстр. То, что они прошли точку невозврата, первым догадался идиот Петя. Вадик безмятежно сидел позади него и крутил улыбающейся головой, как турист во время экскурсии, а вот Петя уже потихоньку начинал обсыкать свои штаны.

— КАК?! КАК ее тормози-и-и-ить?! – донесся до зрителей интересный вопрос.

Вадик повернул голову, посмотрел в спину мужика и, постучав по ней согнутым пальцем, что то сказал.

Снежные вихри закручивались за несущейся вниз ванной, Вадик по прежнему дарил свою улыбку на все стороны, а мужик, следуя Вадиной подсказки, приподнял лом и ухнув, всадил его в сливную дыру. Мы затаили дыхание, особенно его затаил Дима. Как автор теории прогрессивного руления он с трепетом ожидал подтверждения своим выкладкам.

Подтверждения не случилось. «Ну что, бывает» — меланхолично вздохнул отличник Дима и вдруг как то резко заторопился домой, когда лом, воткнутый на полном ходу в землю, вдруг превратился в стремительную катапульту, с конца которой, тоненько попискивая, вдруг отделился человек Петро и ушел по гипотенузе куда то вверх. «Икар, хренов» — не оборачиваясь пробубнил стремительно удаляющийся домой Дима.

Я сомневаюсь, что мужик Петя успел сообразить, почему он только что втыкал лом с надежной на лучшее, а теперь летит пердячим альбатросом впереди чугунной шаланды, причем намного быстрее ее.

Все когда то заканчивается. Что то заканчивается хорошо, что то плохо, а вот наша горка заканчивалась домом, который стоял на бетонных сваях. До сваи, подтверждая, что лететь всегда быстрее, чем ехать, первым добрался Икар, летящий первым классом. С легким, почти неслышным хрюком он впечатался в железобетон и некрасивым калачиком прилег у его подножья. Вторым, кто поцелует сваю, должен был стать Вадик. Но он за секунду до контакта прекратил крутить лицом и удивляться, куда делся пассажир и, осознав перспективы, на ходу спрыгнул с этого Титаника. Никем не управляемая посудина, в полной тишине стремительно подкралась к начинающему подниматься Пете, тактично улыбаясь сливом и грациозно помахивая ломом, быстро, элегантно и со знанием дела, пришвартовала его обратно к свае.

… Из за остановившейся ванны раздались мелодичные маты вслед за которыми появился Петя. Ошалело оглядевшись и заметив нас, он навел утраченную резкость и как то скособочившись, причем одновременно на обе стороны, поковылял в нашу сторону.

— Это писец! – кто то вспомнил милого зверька. Нам бы рвануть в разные стороны, но мы, почему то стояли и смотрели, как к нам приближается возмездие.
Возмездие доковыляло зрителей, посмотрело на молчащих мужиков, посмотрело на нас, причем таким взором, от чего писец замаячил совсем уж близко. И тут Петя заржал. Ржал громко и самозабвенно и этот ржачь очень походил на крики обезьяны-ревуна. Он периодически морщился и, хватаясь то за ногу, то за бок, то за голову издавал различной тональности звуки. В процессе ржания он успел обхватать всего себя и я понял, что у мужика Петро не осталось ни одного нетронутого чугуниной места. Он всхлипывал, заикался, что то мычал показывая пальцем то на нас, то на грустно пришвартованную к свае ванну, отчего у всех закралось подозрение, что больше всего ему досталось куда то по голове. Но нет, мужик гоготал вполне искренне.

… Я даже не знаю как его зовут, но после этого случая, когда мы его встречали на улице, он всегда здоровался первым и начинал как то странно похрюкивать. То ли смеялся, то ли молился.

(с) serega_kobah

Поймал старик золотую рыбку.
— Отпусти меня, старче, любые три твои желания исполню.
— Зае*ись! — обрадовался старик.
И зае*алась бедная рыбка, так и не исполнив другие два его желания...

Когда по непонятным причинам не срабатывает женская логика, то тут же на помощь ей приходит женская фантазия, которая контрольным выстрелом добивает мужской мозг.

Во время одного крупного банкета, посвященному большому празднику, прошла информация о двух возможных терактах: заложенной бомбе или отравлении еды. Сначала спецслужбы решили проверить еду, поймав на улице первого попавшегося песика и накормив его до отвала, затем в течение двух часов обыскивали все здание тщательнейшим образом. Не найдя бомбы и увидев, что песик жив-здоров, тревогу объявили ложной, и банкет начался. Вдруг где-то через час после начала банкета в зал вбегает мальчик и кричит:
— Песик умер! Песик умер!
Тут же началась массовая госпитализация участников банкета с последующим промыванием желудка и всевозможными анализами. Через несколько часов к комиссару полиции приводят того самого мальчика, который сообщил о безвременной кончине песика. Комиссар полиции его спрашивает:
— А ты точно уверен, что песик умер?
— Конечно!
— И как это произошло?
— Его задавил грузовик.

В ночь на 21 декабря 2012 года в квартире на первом этаже многоэтажки неожиданно прорвало канализационный стояк.
Проснувшийся под утро жилец, пенсионер Игнат Сидоров, опустил ногу с кровати и оказался по щиколотку в дерьме.
— Какая жизнь, такой и конец света, — печально констатировал Игнат.

Парень — девушке:
— Женская логика — это отрицание мужской.
Девушка:
— Нет!

Я в рот еб@л бы теx поэтов,
Что пишут здесь, а не в газетах.

На лавочке под часами сидит молодой парень и нервно поглядывает на свои
наручные часы. К нему подсаживается другой, достает термос, бутерброды и
спрашивает:
— В первый раз на свидании? Едой даже не запасся...

Вопреки советам по технике безопасности, при ядерном взрыве ни в коем случае не падайте на землю лицом вниз, ибо такое потрясающее зрелище вы увидите первый и последний раз в жизни!!

Чем больше у тебя телок, тем меньше мяса и молока.

Она: -Все бабы как бабы. . а я богиня
Он: -Ага, и тебе в Индии покланяются...
Она: — Не поняла?
Он: — Ну у них корова священное животное.

Погода бывает летной, нелетной и улетной.

Идет по улице девушка, а перед ней два парня. Один оборачивается и говорит другому:
— Красивая!
Девушка их обгоняет, наступает в мелкую (на первый взгляд) лужу и утопает по колено. Сзади раздается меланхоличное:
— Да, красивая! Но я за ней не пойду.

Два самых больших откровения в жизни:
Для мужчин — Секс никогда не бывает таким, как в порнухе.
Для женщин — Любовь не бывает такой, как в кино.