Жизнь надо любить, а не трахаться с ней.

— Чем пессимист отличается от оптимиста?
— Когда пессимист замечает, что его расходы начинают превосходить его доходы, он старается урезать расходы, а оптимист — увеличить доходы.

— Чем занимаешься по жизни?
— В основном, ох*еваю...

Чем отличается еврей от антисемита?

Антисемит считает всех евреев грязными, злыми и лживыми. Однако у него всегда есть еврейские соседи или сослуживцы, которые, в порядке исключения, аккуратные, добрые и порядочные люди.

Еврей же считает свой народ добрым, порядочным и честным, зато его еврейские соседи и сослуживцы оказываются, как на подбор, грязными, злыми и лживыми.

— Хочется что-то кардинально поменять в своей жизни…
— Попробуй поднять попу с дивана и начать что-то делать!
— Не, ну не настолько кардинально.

Это сейчас в Интернете одна молодежь тусуется, поэтому там так интересно, а пройдут годы, молодежь состарится, закоснеет, обретет привычки сварливые, но останется в Интернете! Не сядет же на лавочку у подъезда? А куда еще идти на старости лет, если ты на пенсии и делать нечего? Ясное дело — только в Интернет, к тому времени уже в каждом доме будет выделенка и стоить будет копейки. А пенсионерам — вообще бесплатно, распоряжением мэра. Так что вся пенсионерия двинется туда поголовно. Разве что глаза не позволят и руки трясущиеся? Да ничего, позволят. И нынешние бабки вполне могли бы в Интернете сидеть. Да и медицина к тому времени не подкачает, научатся и глаза, и руки лечить. И вот я представил себе мир эдак лет через пятьдесят… Заходишь в Интернет — а там одни бабки да старики в чатах. Только и трещат, вспоминают молодость, музыку свою — Цоя там, или Егора Летова, или “На-Ну”, “Нирвану”, “Продиджи” — чего останется в памяти. И чешут языками. И ругают все, что обычно — цены ругают нынешние, высокие, политиков ругают — на сайты к ним ходят, гадят. Митинги устраивают, ругательные лозунги пишут в гостевые книги. И уж конечно, молодежь ругают! Которая живет неправильно и музыку поганую слушает, и нравы с моралью упали ниже плинтуса, и вообще куда мы катимся, то ли дело в наше время… А если молодой зайдет — так ему тут же достанется на оба уха. Ведь эти бабки в Интернете не первый десяток лет сидят, они там уже дотусуются, дослужатся — будут главными администраторами чатов и вообще у руля. Так что всех чужих молодых — сразу же вышибут на раз! Это к подъезду можно с мотоциклом и пивом приехать, бабок расшугать силовыми методами, а в Интернете этот номер не пройдет. Кого захотят — того и выкинут из чата. Вот это будет действительно всеобщая беда. Такая беда, по сравнению с которой толкающиеся бабки с кошелками в метро — это цветочки. Единственное, что греет, — тот факт, что сам я к тому времени окажусь по ту сторону баррикады, буду трещать в пенсионерских чатах и ругать молодежь...

— Ты такой несчастный.
— Почему?
— Ну ты живешь не так, как я, значит ты живешь неправильно, значит несчастный.
— Но я вполне счастлив, меня все устраивает.
— Бедняжка даже не понимает, что говорит...

— Специалисты говорят, что наш народ стал жить лучше.
— А люди утверждают, что ничего не ощущают.
— Но ведь они же не специалисты.

— Послушайте, вы просто не умеете радоваться мелочам.
— Чему, б***ь?! Где 70% моей зарплаты?!..

На необитаемом острове оказались американец, француз и русский. Однажды они нашли бутылку с джинном. Джинн, как обычно, пообещал выполнить три желания, то есть по одному желанию на каждого.
Американец:
— Хочу миллион долларов, виллу в Майами и убраться с этого острова.
Исполнено.
Француз:
— Хочу, чтобы меня любили самые прекрасные женщины мира и убраться с этого острова.
Исполнено.
Русский:
— Слушай, притарань-ка пару ящиков водки и десять ящиков пива... Да, чуть не забыл... Тех двоих верни для компании...

Русский американец и немец попали в плен. Туземцы им говорят: кто разольет бутылку на троих — жить оставим, а нет — съедим. Первый — американец. Лил-лил мерил, высчитывал. Не разлил. Немец — та же история. Дошла очередь до русского. Русский разливает с закрытыми глазами и ЗА СПИНОЙ. Туземцы меряют — РОВНО. Ну, они спрашивают как мол так ровно и за спиной? Русский:
— В каждой бутылке 21 бульк, это по 7 бульков на каждого.

Попали в Ад американец, индус и русский. Встретил их Черт и говорит:
— Всем, кто сюда попадает, даю шанс перейти в Рай.
И достает здоровенный кнут (побольше, чем у Гаррисона Форда в "Последнем
крестовом походе"):
— Кто выдержит три удара не закричав — отпускаю! Можете защищаться,
чем хотите.
Первым вышел американец.
— Чем хочешь защищаться?
Американец взял здоровый гранитный камень:
— Я готов!
Черт размахнулся в первый раз и... камень вдребезги. Второй раз — и
американец заорал как бешенный...
— Следующий, — говорит Черт.
Выходит индус.
— Чем будешь защищаться?
— Ничем! — отвечает индус, — Я 80 лет занимался йогой, и в медитации
тело не чувствует боли!
— Ладно.
Первый удар. Индус: — Ошшш...
Второй удар. Индус: — Ошшш...
Третий удар. Индус: — Ошшш...
— Ух е... твою... Еще никто не выдерживал трех ударов. — говорит Черт.
— Ну что ж, ты свободен, можешь спокойно идти в Рай.
— Нет, — говорит индус, — хочу остаться и посмотреть. Во всех анекдотах
русские выигрывают. Хочу увидеть, как у него на этот раз получится.
— Ладно, останься. Ну, чем думаешь защищаться? — обращается Черт к
русскому.
— Чем защищаться — индусом, конечно...

Пастух овец не досчитался. Кричит другому пастуху, который со своим стадом на другой горе:
-Эээй, Мамэээд, ти не видел маааих ааавец?
Мамед не слышит.
Тот опять:
— Ээээй,Мамээээд, ти не видел маааих ааавец?
Тут подходит турист, протягивает пастуху бинокль и говорит:
— Вы лучше сюда посмотрите,посчитайте овец Мамеда,и если у него будут
лишние,то это значит ваши.
Пастух обрадовался:
-О,давай,давай...
Смотрит..
-О!!! Мамэд!Здорово!Ти не видел маих авец?

— Выпить хочешь?
— Давай.
— Куришь?
— Конечно.
— Наркотики?
— Почему бы и нет?
— Мороженое?
— Какое, к херям, мороженое?! Заболеем!..

Первый майдан победил в 2005 году,
второй майдан победил в 2014 году...
Интересно, сколько ещё майданов должно победить, чтобы киевляне поняли, что их тупо разводят?

Надпись в туалете Политеха:
Прием вкладов от населения.

Часто пишут, что американцам Россия совсем не интересна, значение ее приближается к значению Гондураса. Если оценивать по месту России в новостях, то это так — неделями ни одного слова. Ну, уж когда что-то особенное, вроде последней мерзости по отношению к сиротам.
Но есть еще память. В России я никогда не слышал, что бы кто-то упоминал Карибский кризис как событие в жизни. Помнят кукурузу, совнархозы дурацкие, интеллигенция вспоминает поэтические вечера и гонения на "пидарасов" — абстракционистов, но ни слова о ракетах на Кубе и возможном тотальном взаимном уничтожении.
Если в Америке встречаешь человека, жившего в то время, особенно в провинции, где живого русского видят в первый раз, обязательно будут воспоминания. Вот один рассказ.
Мне шесть лет тогда было. Все вокруг только и говорили о том, что будет атомная война с русскими. Соседи рыли бомбоубежища, а мои родители ничего не делали. Тогда я пошла к нашему ближайшему соседу и спросила: — "Дядя Джон, а ты меня пустишь к себе, если нас будут бомбить?" Сосед ответил, что для меня у него места нет. Причем ответил очень грубо, со мной никто так не разговаривал, потому что я была хорошей девочкой. Мне было очень страшно умирать, я заплакала и проплакала целый день. А вечером пришел с работы папа, посадил меня на колени и очень серьезно сказал — Дочка, если будет война, и все умрут, а останутся только такие, как дядя Джон, может и нам не стоит жить в этом мире?

Во второй половине 90-х было такое поветрие массовое — спиливание воздуховодов на кухне. Как-никак прибавка площади. Хоть и небольшая, но как правило хватает чтобы холодильнику встать, а это для наших кухонь с их размерами благодать неимоверная. Ну и пилили те воздуховоды — только в путь. Естественно в основном это касалось домов новых серий, где воздуховоды были гипсовые. В более старых, где они бетонные, замаешься пилить. Вот и подрабатывали мы таким образом. Средства производства — Болгарка, рюкзак для выноса, пакет цемента(смеси) для стяжки и (опционально) кусок ДСП на высоту потолка. Некоторые не весь воздуховод пилили, а частично, честно оставляя возможность вентиляции. Для этого и нужна была плита ДСП. Закрыть боковой проем. А некоторые срезали полностью. И вот, один товарищ наш, работавший в одиночку в параллельном потоке, по просьбе хозяев снес воздуховод нахрен. Положил стяжку, дождался пока затвердеет, да и водрузил на нее холодильник Стинол. Он не знал, что этажом выше и этажом ниже аборт уже был произведен. Только снизу было пусто, а вот сверху...Верхняя гипсовая пробка сказала:ОЙ! И сверху приехал холодильник Розенлев. По принципу биллиарда, Стинол, естественно, уехал вниз. Тут, конечно, началась самая веселуха. Соседи сверху и снизу при разборках с криками и воем, не придумали ничего умнее, чем вызвать представителей ЖЭКа для арбитража. Тут-то и было им всем счастье.

В детском саду нас знатно троллила воспитательница, говорила, кто первый уснет во время тихого часа, тому я в сон поставлю пленку с новыми мультиками. И каждый раз просыпаясь я дико негодовал, что какая-то сцука опять уснула раньше меня.

Чукча мечтал быть писателем, но не мог связать двух слов.
Чукча мечтал быть математиком, но не мог выучить таблицу умножения.
Чукча мечтал быть физиком, но не мог запомнить ни одной формулы.
Чукча мечтал быть философом, но не мог понять, что такое логика.
Чукча мечтал быть конструктором, но у него не было творческой фантазии.
Чукче ничего не оставалось делать — он стал программистом.