Случилось это во времена моего студенчества, в общем, не так давно. Все знают,
что большего бреда, чем общественные дисциплины, в программе не было. К такой
лаже относится и курс научного атеизма (вместе с историей КПСС и т.д.). Значит,
так — семинар в 8.00 утра, спать дико хочется, а тут еще распределяют темы
докладов (или сообщений, не помню) — что-то типа "Фольклорные элементы в Библии"
и т.п.). Где-то в 9.00 часов появляется еще один студент, Леха, он жил за городом
и потому на 8-часовые занятия опаздывал. Извинился, подсел ко мне и спрашивает:
"Ну чего тут?"
Я отвечаю:
— Леха, доклады распределяли, так уже все нормальное разобрали, осталась только
одна совершенно беспонтовая "Совеременный иудаизм и сионизм"! А самое хреновое,
что литературы по этой теме нету совершенно, кроме одной книги...
— Какой?
— А в Доме Книги (дело было в Ленинграде) есть книга "Звериный оскал сионизма"!
Расстроенный Леха серьезно озадачился и после занятия, в перерыве, всех сгоношил
тащиться в Дом Книги, благо он недалеко. Идем мы туда всей толпой, подходим
к прилавку, я предвкушаю радость (остальные пока еще ничего не знали).
Продавщица — симпатичная, но скучающая девушка. И тут Леша (о, святая простота!)
брякает:
— Девушка, покажите звериный оскал сионизма!
От грохота (это заржала вся наша группа) Дом книги затрясся!!!!!!!!
Потом этот самый Леха "запал" на эту продавщицу, которая оказалась с чувством
юмора. И серьезно "запал"!

Помнится, было это курсе на пятом моего обучения в университете.
Случилось так, что должны были нагрянуть к нам гости или еще какое
мероприятие. В связи с этим, в гардеробе дежурили студенты. Наблюдал я
следующую картину. Три студента не первой свежести (курс эдак четвертый)
принимают и выдают верхнюю одежду, двое из которых заметно уставшие
после вчерашнего. Вот подходит к ним девушка приятной наружности, отдает
номерок и говорит:
— Дайте мне пожалуйста куртку.
— Десять рублей.
— С красивых девушек вообще денег нельзя брать!
— С красивых у нас пять рублей.
— Ну спасибо.
Студенты, которые находились рядом, выпали в осадок, а тот который вел
диалог – так и не понял, что он сказал.

Письмо ректору МГТУ им.Баумана Александрову Анатолию Александровичу.

Здравствуйте уважаемый Анатолий Александрович.
Тут давеча образовалась тенденция посланий ректорам российских ВУЗов в стиле ироничных благодарностей, где выпускники благодарят за потерянное время и бесполезные знания.
Видимо, необходимо внести ясность в понимание слова "образование" в форме открытого ответа выпускнице Санкт-Петербургского государственного университета экономики.

Я закончил Ваше замечательное учебное заведение, один из лучших технических вузов России, который десять лет назад совсем не входил в круг мечтаний продвинутой и амбициозной молодежи. Да че там скрывать, конкурс на некоторые факультеты не превышал одного человека на место и провалиться на вступительных было исключительно сложно и требовало определенного таланта.

Немного отвлекусь. Вы видели тренировки гимнастов-олимпийцев? Я видел. Это пытка для тела — беспощадная, многократная, обильно сдобренная потом и кровью. Точно так же, как гимнасты тренируют тело, Ваш ВУЗ тренировал наши мозги. За шесть лет обучения Бауманка протащила их через пыточные камеры матана, сопрамата, дифуров и теории машин и механизмов. Мы не спали ночами, мы сходили с ума, мы учили десятистраничные выводы формул и теоремы, мы чертили зубчатые передачи, изучали параметры сверла, зенкера и протяжки, нас учили сварке и литью, и мы знаем, что танковую башню нужно отливать в кокиль.

И знаете, я бесконечно вам благодарен, что вы заставили нас это выучить и беспощадно отчислили тех, кто не смог или не захотел. Бауманку выдерживает лишь 50% тех, кто в нее зашел. Но те, кто вышел — это люди с упругими мозгами. С мозгами, которые сравнимы с телом гимнаста — сильные, гибкие и неутомимые. Интеллектуальный спецназ, если хотите.

Нет, за всю карьеру разработчика архитектуры процессоров я не решил ни одного дифура, я не рассчитал ни одного кривошипно-шатуного механизма, я ни разу не нарисовал эпюру напряжений — вообще говоря, я не сделал ничего, чему меня научила Бауманка. Потому что там учат не этому. Там учат думать, запоминать, переваривать тонны информации и анализировать. Делать выводы, которые до тебя еще никто не сделал. Там заставляют забыть слова "я не знаю" и "я не умею".

Спасибо Вам за образование, которое не только увезло меня в Штаты, но и подняло в топ 5% американского общества. Спасибо за образование, которое на Западе стоит сотни и сотни тысяч долларов, евро и фунтов. Спасибо за те мозги, которые бесценны.

Я сижу Австрии и хожу на курсы немецкого языка, самое начало. Основной
контингент там — американские студенты, приехавшие по обмену.
Вчера каждому задание: вспомнить 5 известных людей и написать на бумажке
вопрос: откуда он? и ответ на вопрос. Проверяет каждый у соседа.
Здоровый американский детина мне дает листок. Куча ошибок, но это фигня.
ОТКУДА МАЙКЛ ДЖОРДАН? ИЗ ЮСА! ОТКУДА ТАЙГЕР ВУДЗ? ИЗ ЮСА? ОТКУДА BRITENY
SPEARS? (именно так он и написал — briteny) ИЗ ЮСА! и еще пару каких-то
чуваков приплел. тоже из ЮСА: )

Элегия третьекурсника

Студентки! Козочки! Втихую
вздыхаю я о вас все время,
пока разрез поршня штрихую,
над ватманом мусоля темя,
что облысеет, сбросив бремя
волос, как будто в ночь глухую
роняет клен усталый семя
на землю, отроду сухую...

(c).sb.

Студент консерватории снял свою первую в жизни квартиру и через неделю
звонит матери и жалуется на соседей: "Одна рыдает весь день, другая
лежит в кровати и стонет, а ещё есть парень, который бьётся головой о
стенку".
— Ты держись от них подальше, сынок, — советует мать.
— А я так и делаю. Сижу целый день у себя в комнате и играю на трубе.

У студента за стенкой жил преподаватель, и вот однажды препод подходит к нему и говорит:
— Молодой человек вы когда ночью приходите не кидайте, пожалуйста, свои ботинки об стену, а то я всегда просыпаюсь!
— Да, да конечно, извините профессор!
На следующую ночь пьяный студент возвращается домой и опять с размаху с ноги слетает ботинок и в стенку профессора, потом вспоминает что обещал "препoду" не шуметь, аккуратно снял второй и лег спать. Через час стук в стену и крик:
— Когда второй кинешь св#лочь, уснуть не могу!

В институте на первом курсе я попался на подлый преподавательский трюк. Когда на паре по неорганической химии мой мозг отключился, и я уснул, препод не меняя тона сказал:
— Все кто спит...
А затем громко:
— Встаньте !
И я вместе с несколькими бедолагами, которые как и я сквозь сон услышали только последнее слово, встал, ничего не понимая, на потеху всей аудитории.

Профессор, устав вытягивать студента на тройку, говорит:
— Ну ладно, скажи хоть, по какому предмету читались лекции?
Студент молчит.
— Ну скажи хоть, кто читал лекции?
Студент молчит.
— Задаю наводящий вопрос: ты или я?

Мой друг был студентом в те далекие годы счастливого коммунистиского
прошлого, когда трудящиеся страны ежегодно увеличивали свой жизненный
уровень, капитализм устойчиво загнивал и этому находились все новые
и новые доказательства, коллективный способ хозяйствования на земле
казался единственно правильным, но все родители отправляли своих детей
учиться в город — получать высшее образование. Таким же студентом был
и Андрюха. Подошла очередная сессия — пора стрессов и бессонных ночей
перед экзаменами. На одном из экзаменов и произошла эта небольшая история,
о которой я хочу поведать.
Группа из двадцати пяти человек студентов, страшный препод, которого почти
все они боятся и предмет, который никому не нужен и поэтому никто его
не знает кроме препода. И тут (о чудо!) экзаменатор говорит: "Всем
желающим получить тройку можно положить зачетку на стол." Тут многие
вздохнули свободно и понесли зачетки. Даже удивительно, что не все.
Андрюха то просто не расслышал, что говорил этот "гигант мысли",
поскольку был занят заталкиванием шпор во все свободные кармашки своего
экзаменационного пиджака. После того как гора зачеток перед глазами
препода перестала расти он их аккуратно собрал ивыбросил в окно
со словами: "Такие инженеры НАМ не нужны".
Так что у желающих сдать "на шару" были потом проблемы, а у Андрюхи таких
проблем не было: получил твердую троечку и пошел пить пиво.

К истории #1 от 11 Октября

Не верится мне в историю о Гоге Барачинском. Не ставил он четверок парням.
А вот реальная история о нем:
Валит он трех студентов. Обычное дело — "ничего не знаете — приходите
на пересдачу".
Студентанно: Да мы учили, знаем.
Гога: Ладно. Вот вам задача на троих. Коллективно решите — по тройке получите.
И ушел в другой конец аудитории.
(Некоторые необходимые детали: Гога почти не видел. Читать мог только поднеся
читаемое к самому носу).
Через какое-то время приближается к столу: Ну, что? Решили?
С: Решили...
Г: (с расстояния в два шага от стола) Чего вы мне там написали за чушь?
С: (испуганно) сейчас, сейчас...
Гога отходит... Через еще какое-то время. В шагах десяти от несчастных.
Г: Что это вы там за ересь...
С: Ой, ну еще минуточку....
Г: Ладно... — отходит опять.
В третии раз, не приближаясь, из другого угла большой аудитории.
Г: Все. Бредятину пишете. Ничего не знаете — вон!
Один из студентов с отчянной смелостью:
— Да вы же ни хрена не видите!
Гога подходит. Подносит листки к носу: М-да... Правильно... По тройке — идите.

... А вы говорите "четыре"....

Было это в МФТИ. При входе в каждый корпус института стоит такая
конура, в которой сидит бабушка-божий одуванчик и, как правило,
вяжет носочки любимым внучкам. По правилам, каждый входящий
обязан продемонстрировать ей студ. билет или зачетку, но обычно
входящие просто вежливо здороваются с бабулькой и спокойно идут
по своим делам. Периодически, правда, случаются разные ужесточения
режима (как правило, во время важных мероприятий, или после
каких-нибудь происшествий). В этом случае "безбилетных" студентов
в родной институт не пускают. Но потом очередная волна проходит,
и все возвращается на круги своя. Эта история произошла как раз
в такое "жестокое" время на моих глазах. Влетает в институт сильно
спешащий куда-то студент, привычно кивает бабушке и намеревается
мимо нее прошмыгнуть.
Но не тут-то там.
— Молодой человек!
— Что?
— Ваш студ. билет!
— (хлопает себя по карманам) А я его дома забыл.
— Я вас не пущу! Вернитесь за студ. билетом домой.
— (жалобно) Но, помилуйте, мне очень нужно на семинар... нельзя
опаздывать... (и т.д. и т.п.)
— (бабулька смягчается) А зачетка у вас есть?
— (хлопает по карманам и разводит руками) Нету, но мне очень надо...
— (бабулька проникается и искренне желает помочь человеку) Ну хоть
какой-нибудь документ у вас есть? Паспорт, там, проф. билет...
— (чуть не плача вытаскивает все из карманов) Нет, все дома оставил.
— (еще чуть-чуть и бабулька разрыдается вместе со студентом) Ну хоть
что-нибудь!!!
Студент продолжает вытаскивать на свет божий содержимое карманов.
Находит в одном из них свою фотографию и радостно предъявляет
бабуле:
— Вот!!! Это — Я!!!
— Ну так бы и сразу! Проходи!

Моя мама преподавала английский в 60-70-х годах в одном техническом
вузе. Вот кое-что из ее преподавательской жизни.

* * *
Два городских джентльмена приехали в деревню и прогуливаются на природе.
Повстречали деревенского мальчика, и один джентльмен спрашивает его:
— Почему на том дереве растут яблоки, а на соседнем нет?
— Это дуб, сэр.
Эту незатейливую историю надо было прочитать на английском языке,
составить несколько вопросов и ответить на них. Текст прочитали,
усмехнулись и начали сочинять вопросы. Вдруг за последним столом — хохот.
Моя мама спрашивает у смеющегося, что случилось.
— Да она вот, — кивает оболтус на соседку, — мне сейчас такую потешную
историю про двоих рассказала.
Тут уже легла от смеха вся аудитория.

* * *
Разговаривают преподаватели:
— Если студент говорит, что «стол» — это «die Tisch», я уже ставлю ему
«хорошо».
— Но почему? Ведь правильно — «der Tisch».
— Во-первых, он знает слово «Tisch», а во-вторых, знает, что должен
стоять артикль.

* * *
В одной группе учился студент из Молдавии по фамилии ЖопА (ударение на
последнем слоге). Когда моя мама в первый раз в этой группе вела
занятие, она начала, естественно, с переклички, чтобы познакомиться со
студентами и отметить отсутствующих. Бодро прошла первые буквы алфавита
и дошла до буквы «ж». Тут она остановилась, не веря своим глазам и не
зная, что делать, т.к. была настолько воспитана, что «такие» слова не
произносила даже в кругу близких и друзей. Образовалась пауза.
— Это я, — прозвучало вдруг несколько обреченно из одного угла.
DOM

Ответы студентов на экзаменах:
"Живые организмы размножаются с фантастической скоростью."

"Большой барьерный риф построили бобры. Они приплывали с веточками в
зубах и забивали их хвостами."

"Естественный отбор — это когда сильная особь одного вида поедает слабую
особь другого вида. В результате слабый отходит в мир иной, а сильный
размножается. Так появился человек."

"Генотип — это тип, который передается по генам." На вопрос: а что такое
фенотип? — пауза..."Ну, блин, я попал!"

Ответ на вопрос: "Почему некоторые живые организмы не размножаются?" -
"Не получается у них чего-то. Например, у слона с черепахой".

Ленинградский Университет, начало 80х. Студенты второго курса впервые
приходят на военную кафедру, там им пару слов про долг, честь и прочую
херню, а потом разводят по аудиториям и там начинают гнобить их уже
по конкретным предметам. Одна из групп сидит в аудитории, входит
полковник:
"Товарищи курсанты, прочтите, что написано на ваших партах?"
Студенты: "Моня — мудак!"
Полковник: "Правильно! Моня — это я!"

Случилась со мной история про которую и рассказывать вроде как-то
неловко.Ну да ладно, спрячусь за псевдонимом.Есть у меня одна
физиологическая особенность,как бы это помягче...,ну вообщем пиписка
несколько выдающихся размеров,если сравнивать с ботинками, то где-то
размер наверно 46 будет.И вот попал я как-то в больницу с диагнозом
"острый аппендицит".Хирург осмотрел и скомандовал:"Готовте к операции!".
Пока тетечка медсестра брила мне это дело,мелькает у меня вдруг
подленькая мыслишка:"А что ежели во-время операции у меня встанет?
Позору не оберешься!".Как-то это в психиатрии называется насчет
навязчивых мыслей.Засела у меня в башке эта бл..ская идейка,ну никак
ее не выкину.Я уже и про то пытаюсь думать и про другое,песни про себя
пою,стихи декламирую — не помогает,чувствую — процесс пошел...Завозят
меня на каталке в операционную,а там, мать честная, полно студенток-
практиканток.Мой подлый ванька-встанька тут же наберает полную форму и
гордо поднимает простыню,отчего я сразу становлюсь похожим на роженицу.
Понятно,народ начинает давиться от смеха,а я уже чуть не плачу.Хирург
мрачно посмотрел на меня и говорит:
-Сам справишься или помочь?,-и выразительно так покручивает в руках
скальпель.Меня уже самого начинает на нервный смех пробивать.
Ну представте себе сами: опрерационный стол на котором лежит здоровенная
краснорожая хихикающая дитина с огромным этим-самым,а вокруг умирают от
смеха студентки и врачи.А операцию то нельзя начинать,пока мышци не
расслабятся. Короче полчаса продолжалась эта пытка,пока мой предатель
не успокоился. Самое прикольное было после операции.Хирург сказал, что
острого аппендицита не было, так просто желудочный спазм...

Опять Казанский оперный театр, опять «Демон» Рубинштейна, но уже не 1й
акт, а последний. Демон «заказал» жениха Тамары Синодала и абреки
(кавказские горные разбойники) Демона «не лоханули», заказ выполнили.
Вот этого Синодала уже принесли к Тамаре в гробу, и она над его мертвым
телом горем убивается...

Между прочим, почти каждый собеседник в ЮАР обязательно спрашивал меня:
что такое эта ваша Чечня, и почему она для вашей страны так важна? Я
всегда отвечал им, что для их страны Чечня еще важнее. Не было бы Чечни,
так и ЮАР вовсе бы не было. Ведь именно жители этой маленькой горной
республики заставили всех купцов Европы придти к заключению, что лучше
100 раз сплавать в Индию маршрутом, огибающим Африку (а затем и создать
базы снабжения в Кейптауне, Дурбане итд.), чем пройти один раз караваном
(с любым количеством охраны) напрямики, но зато вблизи от мест
проживания этих самых абреков. Я, исходя из своего личного опыта всего
лишь совместного проживания с посланцами (и, вероятно, не самыми
худшими) этого самого «гордого народа» в студенческом общежитии, смею
заверить любого, что европейские купцы были правы на все сто.

... Так вот смех в том, что этого убитого (по заказу Демона) жениха
Тамары (Синодала) на самом-то деле в этом гробу нет. Высокооплачиваемый
Заслуженный или Народный артист, что пел его роль в предыдущем акте,
давно ушел и пьет дома чай (или еще что-нибудь). А в гроб вместо него
положили в антракте «дешевого», (3 рубля за вызов) студентика, так что
Тамаре вроде бы и убиваться не с чего по большому счету.

Однако на этот раз Тамара так разошлась в своих страданиях, что слегка
толкнула горящую в гробу свечку у самого лица «студентика-Синодала». При
этом эту свечку так наклонила, что горячий, расплавленный стеарин со
свечки стекает и капает студентику прямо на лицо, отчего тот в гробу все
время дергается на потеху зрителям.

Помошник режиссера заметил непорядок и немедленно принял меры: подкрался
в боковой кулисе почти к самому гробу и громким шепотом (в театре умеют)
говорит хористу, что ближе всех к гробу стоит, указывая при этом на
этого хориста пальцем (чтобы вдруг какой-нибудь еще путаницы на сцене не
возникло): «Задуй свечу! Задуй свечу!».

Однако и студентик этот шепот тоже слышит. С громким: «Ага! Понял», — он
приподнимается, садится в своем гробу, задувает злодейку-свечу, затем
укладывает (как учили) руки крестом на груди и снова ложится назад в
гроб.

Владимр Д.

Дело было на одной из лекций в городе П. в госуниверситете им. Пешкова.
Преподаватель, ярый поборник нравственности,прервал лекцию по математике
и начал читать студентам мораль. Студенты медленно засыпали.
Препод:
—Никак не могу понять, что студенты находят интересного в этих
порнокнигах. Взял я недавно почитать эту "Эммануэль", так там такой
срам, что я КОНЧИЛ уже на 7 странице...
Здание содрогнулось от громоподобного рева (даже не смеха).

В конце восьмидесятых возникла узкая щель в неприступном железном
занавесе, в нее стали просачиваться наши люди, сперва слабым ручейком, а
после уже бурным потоком. Одни в поисках свободы, другие в надежде на
лучшую жизнь, а третьи и вовсе за вкусной и здоровой пищей, их за
рубежом так и прозвали – "колбасная эмиграция". Активно засобирался в
Израиль Боря Шварцман.
Русская жена, как могла, отговаривала, пугала непримиримым арабским
окружением, трудным ивритом и знойным пустынным ветром хамсином. В
крайнем случае, соглашалась на Америку, куда навострил лыжи Яшин брат
Леня.
Для получения заветной "грин-карты" в американском посольстве Лене
необходимо было доказать, что здесь он преследовался по национальному
признаку. Это был тот удивительный случай, когда погром мог бы
благотворно сказаться на участи евреев.
У посольства в Москве стояла многотысячная очередь, люди месяцами ждали
интервью. Выходившие, как студенты, сдавшие экзамен, подвергались
пристрастным расспросам: "Что спрашивали? ". Многие отсеивались по
причине недостаточного повода для получения статуса беженца, не хватало
фантазии. Как известно, спрос рождает предложение, и вскоре среди
искателей счастья замелькали длинноволосые молодые люди, похоже –
несостоявшиеся писатели детективного жанра. За вознаграждение они
сочиняли душераздирающие небылицы с драматическими последствиями. Леня
не поскупился на сто баксов...
Пришел на собеседование. Сотрудница посольства пролистала его бумаги и
поинтересовалась: "Вы квалифицированный специалист, имеете хорошую
работу, обеспечены жильем. Какие проблемы? ". Он выдал хорошо
отрепетированную легенду: "Каждое утро, выходя из квартиры, я
обнаруживаю на своей двери надпись: СМЕРТЬ ЖИДАМ! Это пишет мой сосед.
Краску я с трудом смываю, но на следующее утро она исправно появляется".

По выражению лица чиновницы было очевидным, что этот миф на нее должного
впечатления не произвел, и не такое приходилось выслушивать. Она
посоветовала обратиться к участковому милиционеру, на что Леня ответил:
"Да в том-то и дело, что этот сосед и есть наш участковый инспектор! ".
С тех пор Леня с семьей благополучно проживают в Нью-Йорке, на
знаменитом Брайтон-Бич, а Боря в Хайфе.

— Да, жизнь вообще странная штуковина... Ещё вчера он был мудаком и оленем, который ни хрена не умеет парковаться, и который оторвал тебе боковое зеркало на стоянке около универа, а уже сегодня он твой преподаватель по теоретической механике.