В конце 70-х. Мы (студенты мех-мата МГУ) приехали в стройотряд в
Смоленскую область строить коровник. По приезду местные деды подтянулись
знакомиться, кто да что и как. Ну и коронный вопрос -выучитесь, кем
будете? Первый ответил -математиком, деды молча кивнули м.б. кому и
надо, другой (с другого отделения) сказал -МЕХАНИКОМ, О-ЭТО ТО, ЧТО НАМ
НУЖНО дружно закричали деды.

Купил аудиокурс "Английский на ночь". Каждый раз перед сном ставил диск. Результат неожиданный: как только услышу английскую речь — клонит в сон.

После срочной службы в армии студенты по вечерам в общежитии пили и
вспоминали кто как служил. А служили все в разных местах, поэтому
помимо правды всегда все привирали и выдавали желаемое за
действительное. Тема одного вечера — безделье в армии.
— Да я в армии спал столько, что бока начинали болеть.
— Да я никогда не бегал строиться — в столовую ходил отдельно.
— и т. д.
Я служил на радиостанции и соответственно все дежурства сидел. А
дежурить приходилось много, т. к. радистов не хватало. Иной раз и сутки
и двое. И желая заявить, что вся служба прошла сидя:
— Да у меня в армии самое рабочее место было — задница.
произнося слово "задница" понимаю, что высказывание мое крайне
неоднозначно, но поздно... Ржали долго

В мединституте профессор на экзамене задает вопрос студенту:
— Скажите, а какую функцию выполняет мышца МUSСULUS GRЕАМАSТЕR?
Студент:
— Профессор, это мышца, которая поднимает мошонку.
Профессор:
— Правильно. А что еще она выполняет?
Студент:
— Я точно не уверен, но если её прищемить дверью, то она выпучивает глаза, открывает рот и заставляет связки орать нечеловеческим голосом!

История произошла во время моей учебы в университете. Летняя сессия,
жара, мысли далеко не об учебе и тем более не о предмете "История",
который требуется сдать. Посему вооружаюсь шпаргалгой, в лице конспекта,
прячу под футболку и захожу в аудиторию. Разомлевший препод вяло
показывает на местонахождение билетов и тоскливо смотрит в окно на
виднеющийся через дорогу ларек с пивом. Подхожу, беру, пробегаю строчки
и о чудо — тема знакома, минимум "хорошо" мне обеспечено. С легким
сердцем иду за парту и по дороге выпадает конспект, лицо препода
оживляется, судя по всему такие ситуации он любит не меньше пива.
— Молодой человек, прошу опять к столу, тяните еще билетик, но учтите,
еще раз подобное увижу, придется приходить на пересдачу.
Блин, думаю во дела, раз повезло и то... Беру второй билет и понимаю,
что мне сегодня определенно везет, на "хорошо" я и этот вытяну. Иду
сажусь за парту, начинаю писать. Препод тем временем решил
попутешествовать по аудитории и с хитрым видом приближается ко мне,
опускаю взгляд вниз и... в парте лежит еще один конспект, предыдущего,
млин сдающего. С победным видом он достается преподом и перст его явно
указывает в направлении двери, уста произносят сакраментальную фразу
"Пересдача-неуд". Поднимаюсь и понуро бреду на выход.
— Подождите, ваша фамилия.
— Волков.
— М-м, а вы не приходитесь родственником В. с кафедры права.
— Да, это мой дядя, — затаив дыхание, отвечаю я.
— Ну что же вы сразу не сказали, идите, надеюсь "хорошо" вас устроит?
Через пять минут, я пил пиво, наблюдал за силуэтом экзаменатора в окне и
поминал добрым словом однофамильца с кафедры права, о котором узнал
несколько минут назад.

Идет экзамен. Студент выходит отвечать с маленькой бумажкой, на которой написана пара коротких предожений.
Преподаватель:
-А где ваш ответ?
-В голове.
-А это что? — кивает на бумажку.
-А это не вместилось.

в ванной возле раковины:

девятикласник/блин, зачем пил? никогда! у-ээээээ.

десятикласник/у-эээ. все! больше никогда пить не буду! никогда! знал же!
у-ээээ.

одиннадцатикласник/у-э. бляяя-эээээ. ни капли больше, если выживу!
у-ээээээ.

первокурсник/э-э. ну и зачем так пить? я что своей дозы не знал?!
у-эээээ. водку месяц пить не буду. у-ээ.

второкурсник/зачем последнюю брал? у-эээээ. вот урод! у-эээээ.
послезавтра же день студента. у-ээээ.

третьекурсник/козел! у-эээ. что ты наделал! у-ээээ. завтра же экзамен!
у-ээээ. бля! ну если здам! то напьююююсь!

четверокурсник/ну давай быстрей! у-э. ну! у-э. мне еще с Серегой выпить
надо. э-э. у-эээээээ. наконец!

пятикурсник/у-ээээээ. ха-ха. у-эээээээ. ну ты блин даешь. у-ээээээ.
Витька, я ж тебе говорил, что тебе с нами пить не следует. у-эээээээээ.
ты ж еще первокурсник.

— Доктор, мой муж на грани нервного срыва. Всю жизнь было так: чем умнее
он говорил, тем с большим вниманием его слушали студенты. А теперь все
наоборот.
— Но кто же он теперь?
— Сейчас — депутат.

В мою кадетскую бытность гоняли нас в принудительно-добровольной форме
в так называемые культпоходы. В музеи, театры, на стадионы. Имхо, на
взаимовыгодных условиях, решали план и посещаемость. Итак, областной
драматический театр города Калининграда. Вековая история, памятник
Шиллеру, которого видела эта сцена. Золоченые канделябры, колонны, вдоль
стен театральные старушки в белоснежных жабо... Величавое благоговение.
Сидим, с риском вывихнуть челюсти, зеваем над постановкой. Впереди нас
сидят студентки универа, оказавшиеся тут подобным же образом. Всяческие
попытки "наладить контакт" пресекаются змеиным шипением бабушек в жабо,
и молчаливой демонстрацией кулака-кувалды ротного. Одна из девушек
слушает плеер, по тем временам — чудо вражеской техники. Попросили
поюзать. Ванька, деревенский парень, который и ламповый "Горизонт"-то
считал делом рук инопланетян, надев наушники, впадает в глубокий ступор.
В глазах восторг и ужас. Слушает так минут пять. Я толкаю его в плечо и
жестами говорю, мол, время, пора отдавать. Он поворачивается и,
-внимание! — во все свое луженое горло на весь зал орет

Студент 20 с небольшим лет попал под автобус, и — насмерть. Очнулся на том свете. В кресле напротив увидел кого-то, похожего на человека, но светящегося изнутри инфракрасным светом.
-Где я?
-Ты в аду, сынок. Но не бойся заранее, здесь на самом деле намного лучше, чем описывают там, на земле. Вот ты в жизни курил?
Студент опускает глаза: — Да, курил.
-Ну значит, по понедельникам для тебя будет праздник. Это у нас день курения. Выбор — огромный, от трубки и махорки до дорогих сигар и кальяна. Курим весь понедельник, до поздней ночи. И пофигу астма и рак — ты ведь уже умер! А выпить ты любил?
Студент опускает голову: — Не без этого...
-У-у! Тогда готовься к праздникам по вторникам! Этот день мы пьём весь, с самого утра, от пива и лёгких вин до самых крепких напитков: самогона и спирта. И плевать на печень: ты ведь уже умер! А как насчёт наркотиков?
Студент краснеет: — Да, бывало!
-Что ж, повеселишься по средам! У нас это день наркотиков, от самых лёгких, до героина и тяжёлой синтетики. Хочешь — колись, хочешь — кури, и не бойся ни ломки, ни передоза, ни ментов — ты ведь уже умер! А с женщинами?
Студент оживляется: — А как же!
-Тогда оторвёшься по четвергам! Это у нас день повального cекcа. Дело в том, что женщин в аду в 10 раз больше, чем мужчин, и у тебя будет супервыбор! А о сифилисе там всяком даже не вспоминай — ты ведь уже умер! А не был ли ты голубым?
Студент вскидывается: -Нет, что вы!
-М-да-ссс... Вот пятницы тогда станут для тебя настоящим адом!

На экзамене.
— Что ты делала для подготовки к экзамену?
— Я молилась, поставьте мне хотя бы троечку.
— Не могу, Сидорова, ты же ничего не знаешь.
— Не любите вы нас — православных.

Военные сбоpы у студентов. Hочь. Казаpма спит. Как и положено студентам,
что-то не по уставу. Заходит майоp. Видит это что-то и включает свой
голосовой аппаpат на максимум. Один из студентов, не пpосыпаясь:
— Да вы#$%^ его кто-нибудь!
Майоp столбеет и изpыгает долгую тиpаду

Был у нас на III курсе предмет — строение вещества. Химикам он нужен,
как корове яйца, поэтому относились к нему довольно прохладно.
Большинству таки удавалось сдать зачет на халяву, но некоторым особо
одаренным не везло. Например, учились два товарища, один из которых
сдавал его семь раз, а второй — 11 (одиннадцать). Когда они сдавали
по седьмому разу, уже шла сессия, исвященнодействие происходило в лабе
у препода. Первый был опидорашен довольно быстро, вышел в коридор
и стал ожидать напарника. Внезапно преподаватель выходит из комнаты,
замечает беднягу и говорит:
— Вы еще здесь? Прекрасно! Давайте зачетку! — ставит зачет и поясняет:
— Понимаете, там ваш друг такое несет, что Вы по сравнению с ним просто
Ломоносов!

Идет экзамен по анатомии в медицинском институте. Профессору отвечает
отличница. Профессор:
— Вы отвечаете хорошо. На пятерку вам дополнительный вопрос.
Перед вами два скелета. Определите, который из них мужской,
который женский?
Студетка берет линейку, начинает измерять кости. Через некоторое время:
— Этот — мужской, а этот — женский, так как ширина таза здесь шире,
а здесь — уже, и т.д.
После отличницы отвечает двоечница. Сама вся накрашена, декольте снизу,
декольте сверху. Ничего не знает. Профессор:
— Если определите, который скелет мужской, а который женский, поставлю
тройку и расстанемся.
Студентка поворачиавет голову, окидывает скелеты взглядом:
— Этот — мужской, а этот — женский.
Профессор:
— Но как вы определили?
— А у мужского коленки потерты...

Преамбула.
В нашей компании есть двое абсолютно разных программиста с общим
увлечением, Саша и Янис. Саше 30 лет, у него жена и сын, он примерный
семьянин и ответственный работник: всегда приходит на работу вовремя,
чаще всего самый первый.
Янис — 20-тилетний студент. Как и большинство московских студентов, на
работу ходит ради прикола, чтобы фигней в свободное время не страдать и
заодно на апгрейд компа заработать. Апгрейд компа — это единственное
общее увлечение, объединяющее Сашу и Яниса: если они и общаются, то чаще
всего на тему "купил видюху новую и памяти добавил — теперь все летает".

Амбула.
Вчера на работу пришли все, даже Янис, а Саши все еще не было. Если Саша
не приходил на работу, то только по причине болезни или атомной войны.
Поскольку война объявлена не была, все решли, что он заболел и сегодня
не придет вообще. Поэтому когда с опозданием на полчаса Саша таки
явился, бледный, сонный и с красными глазами ("никак сын заболел" -
мелькнула мысль в головах коллег), Янис не удержался и спросил:
— Саша, а чего ты сегодня так поздно?
— У меня причина уважительная.... Мне до двадцатого уровня дойти надо
было... Специально для этого в полшестого встал!

Сын депутата поступил в МГУ без сдачи экзаменов. На его месте так поступил бы каждый.

Профессор на экзамене:
— Приведите пример автоматически регулируемого биологического механизма следования живой материи навстречу солнцу.
Студент:
— Например, по пятницам вся живая материя стремится покинуть Москву до наступления часа пик. И час пик автоматически смещается навстречу солнц

Дело было месяца три назад. Учусь я в Финке (проще — в Финансовой
Академии) в здании, что на Водном Стадионе. Здание сие отличается
малостью размеров, а посему все хохмы и их участники становятся известны
всем и достаточно быстро, короче, живем, как в деревне: лица все
знакомые, и, когда что-нить случается, над виновником потешается потом
все здание в течении нескольких дней. Так вот однажды потешались и надо
мной. И вот, что было причиной этой потехе...
Внизу у нас есть буфет, который является местом всеобщих тусовок как
между, так и во время занятий, а славится он тем, что там почти всегда
можно разменять крупные купюры, типа 500, а иногда даже могут и 1000.
Так вот, на одной из перемен, я и зашел туда, дабы разменять пятихатку,
отстоял очередь и, разговаривая со своим одногруппником, извлек из
кармана кошелек, а из него... Тут маленькое лирическое отступление: дело
в том, что, как всякий уважающий себя человек (а тем более — студент

Вы согласны со мной, что друзей детства не выбирают? Тогда вы меня
поймете. Моя соседка Алка всем была хороша, но имела маленькую слабость:
была влюбчива, как мартовская кошка. Она любила врачей, пожарных,
студентов и официантов ресторана. Все, что требовалось от объектов ее
предпочтения – это быть высокими, плечистыми, и иметь усы.
В тот период, который я вспоминаю, Алка крутила бурный роман с майором
–ракетчиком. И хотя было известно, что у славного защитника родины есть
жена, подруга уверяла меня, что их встреча была, по меньшей мере,
предначертана свыше. Я недоверчиво хмыкала, потому как трезвым этого
рокового Мишку видеть мне сроду не приходилось.
Особо же я в Алкины дела не лезла: женщина она была пылкая, амурные
крушения переживала болезненно, впадала в депрессию, рыдала, а однажды
отравилась, да так, что еле откачали в реанимации.
Потому я не очень удивилась, когда однажды вечером заплаканная подруга
появилась у меня дома. Выяснилось, что подлец Мишка не появляется уже
неделю, и теперь она была намерена порвать с ним навсегда. Пока
страдалица вытирала горькие слезы, я вышла на кухню за стаканом воды, а
заодно проверила запасы валерьянки.
В этот момент позвонил сам виновник несчастья и сообщил, что ждет
любимую внизу. И тут-то все и началось. Алка вцепилась в меня мертвой
хваткой: ты должна пойти со мной! А если не пойдешь, не поможешь мне
прогнать его, то повешусь, зарежусь, утоплюсь! Так мы и появились перед
удивленным майором – зареванная подруга и я, в шортах и шлепанцах.
Хитрый и многоопытный Мишка тут же усадил нас – меня и упиравшуюся и не
отпускавшую мою руку подругу в «газик»: ну, не устраивать же разборки у
всего дома на глазах! Выворачивая руль одной рукой, ловелас заобнимал,
зарокотал что-то Алке на ухо, а та гневно вскрикивала, заводилась еще
больше. Закончилось наше путешествие где-то за городом, возле воинской
части, Алка жалась ко мне, но послушно семенила за Мишкой, пока мы не
оказались в огромной комнате с несколькими кроватями и столом
посередине.
Тут уж наш офицер и вовсе проявил чудеса расторопности: зазвенели
бутылки, стаканы, на столе появились чистая простыня, хлеб, нарезанная
колбаса. Но это было не все. Подмигнув мне, Мишка на минуту исчез и
вскоре появился в обществе высокого, здоровенного капитана! Я
вопросительно глянула на подругу, но она, завороженная бывалым
сердцеедом, похоже, кроме него вообще никого не видела. Приходилось
полагаться только на себя. И я положилась. Тянула себе потихоньку
минералку, от водки вежливо отказывалась, кивала головой, а под столом
нещадно топтала подруге ногу: домой, мол, пора!
Было уже около 10 ночи. Капитан Саша безостановочно пил, но когда пошел
проводить меня до туалета, то по пути не сильно, но настойчиво приобнял.
С ним было все ясно. Мои вытертые домашние шорты в его глазах явно
тянули на определенного типа спецодежду. Когда же я, полная решимости
все это прекратить вернулась в комнату, там уже никого не было:
влюбленная парочка удалилась домириваться. А я осталась. Одна. Ночью. В
пустой солдатской казарме.
Ну, не то чтобы я совсем была святой невинностью, но делить постель с
совершенно незнакомым человеком, понятно, желанием не горела. Капитан же
Саша был молчалив, но деятелен. Как пушинку он поднял меня на руки и
положил на кровать, и тут из кармана его рубашки выпал листок. Я
машинально взяла его и прочла: «Home is the sailor, home from the sea,
and the hunter home from the hill”.
«Реквием» Стивенсона»— сказала я изумленно: »Откуда это у тебя? »
Капитан медленно поднял голову: »Ты что, английский знаешь?! » «Under
the wide and starry sky, dig the grave and let me lie. Glad did I live
and gladly die, and I laid me down with will…”— ответила я ему. «This be
the verse you grave for me: here he lies where he longed to be... ” –
прдолжил он, И мы в один голос прочли: «Home is the sailor, home from
the sea, and the hunter home from the hill”.
Это было как пароль. Саша даже китель надел и волосы пригладил.
О чем только мы с ним не говорила этой ночью! Читали стихи, пели песни,
просто болтали. Смотрели в окно на звезды, я ему пересказала свой диплом
по Гарсиа Лорке и он решил учить испанский.
Утром счастливая Алка виновато поглядывала на меня: бросила же ночью
одну, с незнакомым мужиком. А у меня не было сил на нее сердиться,
классный же парень оказался, родственная душа!
Мишка дисциплинированно позвонил в назначенный час и долго что-то
рассказывал. Подруга делала большие глаза, хихикала и наконец не
выдержала: «Сашка сказал, что ты в постели львица просто, вот уж не
ожидала от тебя! »
Бум! Нет, вот так БУ-УМ! Если вы читали «Алые паруса» и помните в момент
встречи Ассоль и капитана Грэя о «... счастье, сидевшем в ней пушистым
котенком... », так вот, этот пакостный мелкий хищник пинком вылетел с
насиженного было в моей душе места!
К вечернему свиданию я совершенно заледенела. Но поговорить нам в тот
день была не судьба: моего пьяного героя просто выволокли из машины, сам
идти он не мог. Не в лучшем состоянии он был и на следующий день.
Заговорщицки улыбающийся Мишка отбивался у Алки каждый день с точностью
кремлевских курантов и пару раз на заднем сиденье газика я видела
капитанову закинутую голову с закаченными глазами.
Потом их часть куда-то перевели. Так и закончился этот странный роман,
даже не начавшись.
Правда где-то через полгода бравый офицер прислал мне письмо. Что-то про
сложности выживания в мужском социуме.
С тех пор прошли годы, я уехала далеко. Алка моя соседка изредка мне
позванивает. Недавно она, смеясь, сообщила: «Помнишь Сашку майора?
Заходил на днях, спрашивал про тебя. Напились они с моим Мишкой, и он
все плакал и завещание твое какое-то вспоминал! »
«Реквием», Алла, «Реквием» Стивенсона:
Под небом просторным, в подлунном краю
Меня положите в могилу мою.
С улыбкою жил — и в последний приют
С улыбкой сойти я готов.
Камень могильный покройте строкой:
"Вот он покоен, искавший покой -
Моряк возвратился с моря домой,
И охотник вернулся с холмов".
( Пер. Д.Коваленин )

Выпускной вечер в экономическом университете. Размякшие и подпитые
студенты — отпрыски новорусской аристократии пристают к своему любимому
профессору:
— Профессор, в натуре, хотите, на прощание, мы сбросимся группой и купим
вам, чиста, компьютер?
— Нет, не хочу.
— Профессор, в натуре, хотите, мы сбросимся потоком и купим вам, чиста,
машину?
— Нет, не хочу.
— Профессор, в натуре, хотите, мы сбросимся факультетом и купим вам,
чиста, виллу?
— Нет, не хочу.
— Профессор, шо за базар, вам шо, западло сказать, шо вы хотите?
— Нет, что вы, господа. Есть у меня одно заветное желание. Если можно,
никогда и ни кому не говорите, что вы у меня учились.

(С) Робинзон ОдЕсский