Сидим, охраняем поселение на западном берегу реки Иордан (смекнули, где
это?). Народ весь свой, русскоязычный. Для отвода глаз висит список
дежурных. На самом деле, сидим все вместе, благо охранять нужно трех
лохматых евреев, их собаку и цистерну с водой. Территория малюсенькая,
за три минуты всю можно обоссс... обписять. В нашем вагончике — сдохший
холодильник, водочка почти кипит. Но не киснет. Нас четверо, два
студента, один я, программист с "хеви-метал" прошлым, и один безбашенный
"кавказец". Тихо-тихо прикончили пару пузырьков. Противно, но делать
нечего. Студентов разнесло, патриотические песни поют ("Крейсер Аврора"
и "Взвейтесь кострами"). Кавказец чечетку танцует на баке с водой. Я с
флагом государственным в корриду с собачкой играю. Служба, короче. Тут
под горой фары показались — гости едут. Притихли мы, пушки взвели,
залегли. Смотрим, наш джип, погранцы. Вылезают. "Чего шумите?" -
спрашивают, потом на русский переходим. — Там весь экипаж тоже свои
люди. Наши подопечные (лохматые) пожаловались на нас, типа молиться мы
им мешаем. Загрузили мы погранцов водочкой, они носы ворочают, кипяток,
говорят. Исчезли, уехали. Мы о них и думать забыли, продолжаем
бесчинствовать, лохматых наших за донос строить начали. Песни учить
заставили. Они уже кричат, что лучше б арабы пришли, чем такие вот, как
мы, "защитники". Через пару часов опять джип, тот же самый, другой
экипаж уже. Мы из амбразур повылезали, а мальчонка-бедуин нам ящик
передает — типа, вот, посылка "дедушкам" от погранцов. Открываем, а там
холодильник автомобильный и бланк, на нем расписаться надо, что, типа,
получили. Вот оно, братское понимание. На следующий день вместе с
братками-срочниками пили холодненькую Немировскую и пели комсомольские
песни....

Заменяет студент-практикант-наркоман учительницу по ботанике:
— Де-е-ети, ка-акие вы на сегодня учили ра-астения? Ты что учил, Юрик?
— Коноплю.
— Ка-а-анаплю?! Доста-а-а-л, ваще! Ка-а-анапля — это пять!
Садись, Юрик, дружище! Ну, а ты чего учила, Машка?
— Про мак.
— Мак?!!! Мак — это пять!!! Ну, клево, блин, мак, а?! Садись,
сеструха, пять! А ты что учил на сегодня, Вовочка?
— Про ромашку учил.
— Что?!! Про ромашку?! Ромашка — это два, Вовочка! Ты это
па-а-анимаешь? Фамилия твоя как?
— Косяков.
— Косяков?!! Блин, Косяков — это пять!!! Косяков-это пять...
ПЯТЬ КОСЯКОВ — ЭТО ЦЕЛЫЙ КОРОБОК!

Я на паре:
Осталось 40 мнут. Это 2 раза по 20 минут. Нужно просто потерпеть 4 раза по 10 минут.

Возвращался я из командировки. Поездом.
Соседями по купе оказались пожилая семейная пара интеллигентного вида
и девчонка-студентка. Дабы скоротать время и не слушать заунывных
рассуждений о политике, современном искусстве и падении нравственности
у молодежи, мы со студенточкой отправились в вагон-ресторан.
Девчонка оказалось не дурой выпить, а я всегда рад теплой компании.
Посему по прошествии достаточно продолжительного времени мы вернулись
в купе в приподнятом настроении и почти друзьями.
Сидеть на месте было скучно, и мы отправились поболтать в тамбур. В
скором времени я почувствовал непреодолимое желание посетить сортир.
Пиво, знаете ли..
И тут случился казус. Веревка на моих спортивных брюках оказалась
намертво завязанной на два узла. После тщетных попыток справиться с
проблемой я, руководствуясь принципом «пусть лучше совесть лопнет»,
вернулся в тамбур и попросил девушку помочь справиться с моей бедой.
Она согласилась без колебаний.
А теперь картина маслом: Тамбур. Спиной к входной двери стоит молодой
человек. Перед ним на корточках, покачиваясь в такт поезду, сидит
девушка. Молодой человек при этом умудряется курить, и рассказывать о
чем-то веселом.
Дверь открывается и в тамбур входит пожилой и очень интеллигентный сосед
по купе. Подслеповато щурясь и одновременно прикуривая сигарету, дед
застывает на месте.
Глаза его постепенно начинают приобретать форму чайного блюдца, краска
заливает бледное лицо и сигарета выпадает из ослабевшей руки.
Прохрипев что-то, дедушка еле-еле справился с дверью и практически выпал
в вагон.
В купе мы вернулись поздно ночью. Сильно пахло корвалолом и еще какой-то
дрянью.
Пожилые супруги вышли рано утром, унеся с собой запах успокоительного и
воспоминания об увиденном кошмаре.

На зачете в одном известном институ... пардон, "гуманитарном университете". Штудент, благополучно забивавший болт на предмет в течение всего семестра, в четвертый раз пытается сгрызть гранит науки за весьма ограниченное время сессии. Впрочем, "сгрызть" — это сильно сказано в свете патологической лени данного субъекта. Так, откусить кусочек... Умаявшийся в конец от просьб типа "ну задайте, пожалуйста, еще один дополнительный вопрос" препод: "Хорошо. Назовите основные статьи экспорта Индии". Студент, похоже, за всю свою жизнь и словов-то таких мудреных не слыхивал. Препод: "Ну, что экспортирует Индия?" Студент обиженно бубнит себе под нос (не зная, что у препода также высшее музыкальное образование и абсолютный слух): "Что, что... индусов и экспортирует." Препод сгибается пополам и говорит: "А знаете, в современной реальности Вы чертовски правы! Трояк устроит?"

МГИМОррой

Неприемлем однозначно
Мир зарвавшихся ублюдков,
Рыл безапелляционных,
Где почил менталитет.

Он состряпан неудачно,
Он сплетен из предрассудков,
Из эксцессов беспардонных,
В сумме — промискуитет.

Ни конверсий, ни перверсий
В социальном катаклизме,
Только тень поползновений
Плутократского звена.

Субституты контрверсий
В псевдоантропоцентризме,
Пароксизм крестных знамений.
Полно, дальше — тишина.

Я стою перед трюмо,
Напрягая мышцы.
Я — студентище МГИМО.
Сразу легче дышится.

Пертурбаций икэбаны,
Демагогии соцветья -
Квинтэссенция упадка.
В совокупности — дурдом.

Паханов хапужьи кланы -
Горький привкус лихолетья.
Безупречность беспорядка,
Пиетет перед дерьмом.

Я врубаю сериал,
Где мирских страстей накал,
Где богатенькие плачут
И Расеюшку дурачат.

Напрягаю бицепс,
Распрягаю трицепс.

Одиозен откровенно
Парвеню эЛДэПээРа,
Элитарен недоучка,
Квазиультраэрудит.

Лжет и врет попеременно
Патриот эСэСэСэРа.
Тот страну довел до ручки,
Кто за ним сейчас стоит.

Дело не в эЛДэПэРе,
Сложность не в эСэСэРе,
И не в том, что ГэДээРом
Нынче правит Шредер-гад.

Просто надо плюнуть гадам
В морду жеваной морковкой.
А самим заняться телом -
Как своим, так и чужим.

Жуйте, люди, геркулес,
Набирайте лишний вес,
Становитесь у трюмо,
Поступайте во МГИМО.

Тросточка

«А у меня есть палочка — выручалочка... »
(Из песни Наташи Королевой).

Господи, ну хотя бы три! Этого достаточно! Тройка и все в ажуре!
Господи, да где же этот долбаный список? Эта еще ненормальная, которая
вся в прыщах и вечно шмыгает носом, наступила на ногу. Ой, бля! Как все
достало! Подмышками, кажется, свинец можно плавить! Ну хотя бы тройку!
Так! Авдеев... Аверченко... Бабкина... Власов... Гаврилюк... Гордеев...
Yes! Yes! Yes! Гордеев И. А. — 4 (хорошо). Слава тебе, господи!
Отмучился! Сейчас в приемную комиссию чтобы узнать насчет зачисления, а
потом можно сразу в невесомость прямо до первого сентября! Бля-я-я-я,
как хорошо! Теперь буду ходить мимо военкомата и не боятся ни хера! Все,
бля! Гордеев И. А. — студент первого курса!

Вечером того же дня я заскочил к Сереге в больницу:
— Ну, как нога?
— Болит еще, еб ее мать! Но врачи говорят, что завтра уже должно
отпустить. У тебя-то как?
— Все! Можешь поздравить.
— Молодец! Слушай, Илюха, сегодня мама приходила, сказала что есть
горящая путевка в Ягодное. У тебя какие планы?

Неделю спустя мы с Сережей высадились из электрички на станции Ягодное.
Наверное, со стороны мы смотрелись просто зашибись! Два молодых
человека, один из которых на костылях и с гитарой на шее, а другой с
огромными, неподъемными сумками и рюкзаком за плечами, не спеша ковыляли
в сторону домов отдыха.
— Что тебе сказали, долго на костылях ходить будешь? , — спросил я когда
мы вошли в наш номер.
— Сказали месяц на костылях, а потом месяц с тросточкой, но я думаю, что
через день другой уже буду ходить с палкой.
— Серега, ты что охренел? , — возмутился я. — На хера торопить события,
они же не просто так сказали.
— Да ладно, ты, не ссы! С тросточкой прикольней будет!
Как в воду глядел!

В этом же корпусе на втором этаже жили три девки, молодые с томным
взором на окружающую действительность. Окружающая действительность была,
на самом деле, не очень подходящей для плотских утех среди недели. На
выходные к ним приезжали хахали и тогда скрип пружин в перемешку со
сладострастными возгласами типа «О, Марат! » были слышны далеко за
пределами нашего дома отдыха. А среди недели девчушки выходили вечерком
на балкон, всем своим видом давая понять что неплохо было бы и
«развлечься», а я пел им песни под гитару. В самом начале я, было, сделал
робкую попытку завоевать сердце хотя бы одной из них... Ну, хотя бы на
«среди недели»... Однако, мой недееспособный товарищ посмотрел на меня
каким-то таким взглядом будто я посягнул на его честь.

Теперь самое время рассказать о Сереге. Он был и есть мой старший
товарищ, но несмотря на семь лет разницы в возрасте, мы как-то очень
хорошо всегда ладили и нам было о чем поговорить вот уже не протяжнии
последних четырнадцати лет. Сергей учился на тот момент в институте,
имел спортивное телосложение, забойную (с точки зрения девиц) челку, не
сильно страшную физиономию и хрен до подбородка. Отсутствием женского
внимания он, естественно, не страдал, но в тот момент, видимо, костыли
действовали на него как-то неадекватно, и на любой мой взгляд в сторону
женского пола он надувался как лягушка и начинал кряхтеть словно бурлаки
на Волге. Я немного поартачился и... пел песни.
Где-то неделю спустя в наш корпус заехала Наташа. Мать-одиночка, которая
непонятно где, как и от кого прижила дочку, а теперь искала возможность
устроить свою личную жизнь. Я просто не знаю что случилось в тот момент
с моим другом! Видимо длительное сексуальное воздержание вызванное
операцией как-то пагубно отразилось на нем и он захотел ей «вдуть»,
причем немедленно! Что он вдруг захотел на нее залезть, я не знаю. Те
девки со второго этажа были куда более привлекательнее и сами, что
называется, напрашивались, но, видимо, Серега решил что лучше синица (с
первого этажа) в руке, чем журавль (со второго этажа) в небе! В общем,
вечером как-то слово за слово, костерок, шашлычок, «портвешок», песни
под гитару, замандок... И вот уже они пошли пошептаться, а я пошел
спать. Не успел я задремать как услышал характерный стук Серегиного
костыля (а точнее палки — он уже перешел на клюку). Немного погодя дверь
открылась и Серега прокряхтел громовым шепотом:
— Он уже спит!
Сказано это было скорее для меня чем для Наташи, так что я устроился
поудобней и приготовился к шоу.
Видимо «пошептались» они на славу, так как для прелюдии места не
оказалось. Наташа взяла с места в карьер и с ходу оседлала моего друга
как Иванушка-Дурачок Конька-Горбунка. Эх, ей бы флаг да папаху! Вылитый
Чапаев, только голый и с титьками! Однако моему другу было не до
веселья. Что-то было не так! Даже я понял это лежа на соседней койке. И
тут происходит следущее: Серега (эх, многое я бы сейчас отдал что бы
увидеть такое опять) садится на кровати, ставит эту синицу в
коленно-локтевую позу... БЕРЕТ ТРОСТЬ!!!!! встает, подходит к ней сзади
и начинает совершать поступательные движения ОБЛОКОТИВШИСЬ ПРИ ЭТОМ НА
ТРОСТЬ!!! Е-мое! Как я сдержался в тот момент я до сих пор не могу
понять! Какая, на хер, Камасутра? Ой, бля!
В общем, сделав дело, Серега отправил синицу в свое гнездышко на первый
этаж, а я не сдержался и тут же признался что нисколько не сплю, что
ничего подобного в своей жизни я не видел, и если бы это были
показательные выступления, то я бы поставил 9.9.
Одну десятку я бы все-таки снял.
Тросточку было видно плохо............

© 2003 Отец Серафим

Тут на сайте пролетало много историй про нерадивых студентов, офицеров и
других особей мужского пола, которые по своей нерадивости обзаводились
целым букетом венерических заболеваний, а затем долго и упорно
расхлебывали последствия. В подобную ситуацию однажды попал один студент
ЛГУ где-то в далеких семидесятых. В те времена издавался журнал "Индия".
Иногда в нем проводились различные конкурсы по истории, культуре и
политическому строю этой восточной страны. Герой этого повествования
иногда участвовал в этих конкурсах, и однажды, о счастье, фортуна
повернулась к нему лицом. Он выиграл то ли двухнедельное, то ли месячное
путешествие в Индию с посещением Дели, Бомбея и других городов и
достопримечательностей. Привез оттуда много подарков, приятных
впечатлений, фотографий. Но одна вещь, также приобретенная там, омрачила
его существование на ближайшие три месяца после приезда. Нерадивый герой
обнаружил, что может спокойно читать книжки в полной темноте — все его
хозяйство стало светиться приятным зеленоватым и довольно ярким светом.
Причем настолько ярким, что в кинотеатре даже немного просвечивало через
брюки. Родственники по первости шарахались, когда он ночью шел покурить
на кухню.
Примерно так же светились гнилушки на болоте. Причина оказалась очень
простой — решив предаться любви с индийскими жрицами без презерватива
он просто-напросто подхватил местный ядреный грибок.
Как он вылечился и сколько денег истратил на антибиотики и урологов
история умалчивает. Но с тех пор наш герой стал намного разборчивей в
отношениях с противоположным полом.

Учился я в начале 90-х в техникуме, жили в общаге тут же, в студгородке.
Народ веселый, как на подбор. Практику проходили в мастерских, на
территории Бурсы (так мы любовно называли свое учебное заведение). Жили
мы в комнате с раздолбайскими парнями, Игорем и Андреем. И вот, значит
история. Как-то повелось у них все время опаздывать на производственную
практику, ну и мастер Василий Иванович однажды не выдержал, и отправил
их к замдиректора по производству, дескать, если он допустит вас к
практике, то и я не буду против, а не допустит – тут уж не обессудьте,
можете не приходить на занятия…. Делать нечего, пошли они
объясняться… Замдиректора, мужик суровый, но справедливый, дает им лист
бумаги – пишите объяснительную. Далее со слов Игоря и Андрея: сели
писать. «Мы, такие-то, систематически опаздываем на производственную
практику по той причине, что в нашем будильнике сломана деталь
механизма, которая ответственна за подачу звукового сигнала. Число,
подпись.» Подали бумаги суровому заму. Тот почитал, улыбнулся, написал
резолюцию. Затем отдает им бумаги, и говорит: идите в свою слесарку, и
скажите Василию Ивановичу, чтобы он допустил вас к занятиям. Выходим из
кабинета, читаем резолюцию зама: «Допустить к занятиям учащихся гр. № 25
С. и Т. только тогда, когда они отремонтируют в своем будильнике деталь
механизма, которая ответственна за подачу звукового сигнала. Число,
подпись. »
Над этой резолюцией хохотала вся Бурса… А Игорь с Андреем исправились и
на практику больше не опаздывали!

ЗАГАДКА. Еще парамедицинская история.
В смысле действующие лица медперсонал и пациенты. Я уже писал об попытке
охоты в Шахунье, так вот страсть к ней самой и привела нас, студентов
еще 3 курса Горьковского МедИ, именно в Шахунью, ЦРБ, практика.
Надо сказать погода баловала, июль 1976, 29-30 тепла (редкость для
севера Горькоской обл.) Пркатика на никак не напрягает, поскольку живем
в отдельном флигеле на территории ЦРБ, идти ровно 1 мин, и в 2 часа дня
нах не нужны никому, да и местные врачи на горят энтузиазмом, кроме
дежурных естественно.
Так вот сидим на лужайке, после двух, пиво, тенек, благодать, обсуждаем
все(вы понимаете о чем-да ни о чем). В том числе и прошлись по зданию
ЦРБ. Насколько помню, было ранее что-то барское, добротное, потом что-то
пристроили безобразно советское и получилось здание в виде буквы "h"
в поперечине на первом этаже администрация, на втором терапия и аптека,
в длинном плече гинекология, детское на первом и реанимация на втором, в
коротком плече приемное на первом и хирургия на втором.
Наблюдаем, пивко, тепло, ВСЕ окна больницы настежь! ЛЕПОТА!
АХТУНГ! На глазах у изумленной публики -это мы в числе 5 судентов изо
всех окон начинают выскакивать больные кто в чем есть, причем, чем окно
ближе к административному отсеку, тем скорость вылета приближается к
скорости звука, а степень раздетости к максимому!! Более того в окно
ВНИМАНИЕ на по простыни из хирургии НА РУКАХ сполз мужик в "кокситной
повязке" (для непосвященных от подмышки до пальцев поломатой ноги), а уж
кто просто в легком гипсе, там на части руки или ноги прыгали по
"зачетному", как после пинка инструктора при втором парашютном прыжке.
Да, правды ради скажу, что ни гинекология ни детское на пострадали,
поскольку там система тамбуров(во избежание инфекции) двери заперты даже
в самую жару.
Мама родная, пиво то немного выпили, неужто БЕЛКА!!?? Рванули было на
помощь, но быстро вернулись УЧУЯВ подвох.
РАЗГАДКА. Все дело в нашей матушке русской душе=лени. Помните
расположение аптеки на 2 этаже в середине здания, двериокна открыты,
сковозняки! Аптекарь НААШ! ЛАКАЧЬ! Кажнодневный, (а где других то
взять). Внимание!!! нес по производственной необходимости 10 литровую
бутыль с 40% нашатырным спиртом. Ведь не раз носил двумя руками и
ничего, а тут Ключ оказался в не привычном кармане, выпито было уже
изрядно и в момент попытки перекладывания бутыли в ОДНУ руку одну чтоб
ключь то... , на кафельный пол она из потной руки-то и... (для
непосвященных, тот нащатырь, который обычно нюхаете 10%, ведь осторожно
нюхаете да?? А от концентрированного бавает АПНОЭ — рефлекторная
остановка дыхания, ожог слизистой и прочие гадости.
Помните условия, жара, июль, все нараспашку, а испаряться нашатырь
умеет.
Вобщем правы Ильф и Петров, я про спасение утопающих. Грешно смеяться
над больными людьми, но как мы ржали, наверно представляете, молодые
были дурные, но думаю за наш "спасательный порыв" простите сирых.
Но это первая серия. Дело в том, что вся бытыль не только разлилась, но
и впиталась в щелевой паркет первого и второго этажа здания. 2 суток
ВСЕ, и больные и персонал жили на улице!! цыганским табором, пока
неблагодарная жидкость испарялась.
Вы видели главврача в белм халате, восседающим в тени дерева за
свалочным столом? Господа, скажу я вам зрелище не для слабонервных, а
что делать?? А его первая команда ВЫМЫТЬ полы, к его чести сразу одбой
дал
Вобщем спасла только погода. Помните июль, жара, ночью 20-22 ну и все же
местные, принесли коечки, матрасики, напитки. благодать.
Вот такие бывали медицинские дела.

Во истину клянусь В. Кузьмин (Кузьма) Привет сокурсникам.

Адронный колайдер посвящен мечте человечества открыть тайну его происхождения.
А не ответить на его вопрос: "Ебанет, или не еб@нет? "

Зав. кафедрой психиатрии одесского мединститута долгое время был (теперь
уже покойный) профессор Москети. Студенты его очень любили за чувство
юмора — одессит все же.
Кафедра располагалась на втором этаже одного из корпусов областной
психиатрической больницы. На первом этаже, под кафедрой, находилось
диагностическое отделение. У профессора внутри стола была "тревожная
кнопочка" на случай неожиданного нападения впавшего в буйство поциента,
сидящего у него на приеме. Сигнал передавался на первый этаж дюжим
санитарам.
И вот сама история. Лекционный зал был рядом с приемной, студенты
заходили прямо туда. А тут вдруг неожиданно в приемную перед лекцией
заглянул зачем-то один студент. Профессор при виде его вытаращил глаза:
"А это еще что такое?" Сей субъект был с длинными волосами, в рваной
футболке. На шее у него висела на веревочке заткнутая пробкой пробирка,
на дне которой лежала какая-то травка и внутри пробирки летала живая
муха. И это СТУДЕНТ МЕДИНСТИТУТА. "А я хипую",— ответил студент.
Показывая на дыры на футболке на животе и груди: "Это Солнце, а это
Луна". Поворачивается спиной: "А это крылышки бабочки". Профессор молча
нажимает "тревожную кнопочку". Снизу поднимаются два шкафоподобных
молодца, заламывают хипующему назад белы рученьки и молча ведут вниз, в
диагностическое отделение. А кто туда попадал, выйти мог только через
2 недели.
Ровно через 2 недели сидел тот студент на лекции профессора в костюме,
галстуке, гладко выбритым и коротко подстриженным. И такой он был всегда
вплоть до окончания института даже в жаркую погоду.

Вот, созрел поделиться историей.
Было это во времена моей учебы на филфаке питерского университета.
Кто бывал там в начале 90-х годов, наверняка помнит чудное место
под названием яма. Для остальных поясню — ямой назывался студенческий
буфет в полуподвале факультета. Знаменит он был тем, что преподаватели
туда заходить просто не решались. Голубоватый дымок с характерным
сладковатым запахом начинал сладко тревожить обоняние еще на дальних
подступах к этой обители утех. Не редкостью была игра в кости, очко,
преф на деньги. Кое-кто даже приносил рулетку (было такое пластиковое
чудо таллинского, кажется, производства). Случался и спонтанный секс
с залетными девками прямо на столах. А водка с пивом с успехом заменяли
кофе с булочкой. Светлой памяти яма... Сейчас там столовая
самообслуживания. Суки...
Так вот.
Заглянул как-то в яму мой добрый приятель по имени Леша. Человек очень
талантливый, милый, но несколько... как бы это... депрессивного склада.
Был он о ту пору безнадежно влюбен в одну мою однокурсницу и на этой
почве всерьез страдал.
Забив на пару толстый болт, я остался с ним, пытаясь успокоить его
истерзанную душу. Получалось не очень. В сердцах говорю:
— Щас бы тебе курнуть слегка... и печаль отступит, и тоска пройдет...
И тут Леша поднимает голову, пелена страдания как-то быстро рассеивается,
и он деловито говорит:
— Так у меня же целый стакан в сумке... Мне вчера подарили. А я напился
с вечера и совсем забыл...
Эврика! Я извлекаю из широких штанин пачку беломора, раскладываю
на столе газетку, мы бодяжим чудную чуйскую травку с пахнущим сеном
беломорским табачком, взрываем по косячку и понеслась... Было решено
забить двадцать пять патронов, чтобы своевременно пресекать любые
поползновения депрессии.
И вот.
В разгаре
процесса...
Раскрывается дверь.
И в кафе
входит
Людмила Алексеевна Вербицкая — и.о. ректора университета, академик РАН,
в сопровождении двух преподавателей с дурацкими красными повязками
на руках — типа рейд по выявлению дебоширов и прогульщиков.
А надо сказать, что отношения у нас Л.А. были вполне дружелюбные
и помнила она меня с первого курса как хорошего студента: -)
И я ОБРАДОВАЛСЯ... То есть вполне искренне обрадовался. Встал
и с блаженной улыбкой подошел к ней, приобнял за плечи и говорю:
— Как я рад вас видеть, Людмила Алексеевна! Как вы там (а ее как раз
недавно назначили и.о. ректора), справляетесь? Не заклевали вас там?
Мы тут за вас все переживаем...
И, главное дело — все это абсолютно искренне. То есть, ну вот
на голубом глазу абсолютно... И вот мизансцена. Я стою с косяком
в зубах. На столе вывален СТАКАН травы и штук десять характерно
закрученных у кончика сверхдлинных папиррос. Глаза преподов медленно
стекленеют. А Вербицкая в моих ласковых объятиях (а я выше ее головы
на полторы) едва сдерживается, чтобы не расхохотаться.
Наконец она медленно выдавливает из себя:
— Спасибо, Антон... Спасибо. Пока, вроде, справляюсь...
— Ну Вы держитесь там, — говорю я продолжая крепко сжимать ее плечи
и, кажется, готовясь от избытка светлых чувств ее поцеловать.
Едва сдерживаясь от хохота, она попрощалась и вышла.
Рейд был сорван.
Странно, что я ей пыхнуть не предложил... В том состоянии вполне мог.
И все это чистая правда.

Известно, что многие иностранцы, студенты в том числе, прибывая в наши
страны... ммм, весьма успешно адаптируются. Некоторые, из абсолютно
непьющих стран не отказываются от соблазна дернуть стаканчик-другой,
пофлиртовать с дамой, тем более паранджи у нас не носят они, скушать
зверя, которого дома кушать не положено. А вот в Индии, говорят, многие
вообще никаких зверей не едят. Пока к нам не попадают.
Так, по воспоминаниям моего одногруппника из Индии, его земляки решили
совершить кровавое дело — отведать курицы. Было это лет десять назад, в
магазине с курами были проблемы, индусы отважно отправились на базар.
Русский словарь у них был еще очень скудный. Как по-русски сказать
"курица" никто не знал, и где их искать — тоже. Потолкавшись среди рядов
с картошкой и молочных банок, наконец кто-то из них увидел деда,
продавашего яйца. Радостно жестами объяснили ему, что им нужно ОДНО яйцо,
купили. И пошли по базару искать дальше. Представьте теперь обалделые
лица колхозников-продавцов, когда между рядов мечется индийская
компания, заглядывает всем в глаза, протягивает яйцо и с надеждой
спрашивает: "Гдэ иго мать?"

Gala

За что нас — двух студентов — пинками под зад вышибли из зала.
Мой дружбан по факультету Миша Медяник, по кличке «Папа», поражал нас
умением переводить в рифму все что видит, да так здорово, что мы ему
предрекали потрясающее будущее. Накануне 8 марта на факультетской доске
появился призыв-приглашение на поэтический вечер в соседнем институте.
Надо сказать, что наш институт радиоэлектроники (сплошь мужской)
располагался прямо напротив девичьего инженерно-экономического, и такие
встречи проходили регулярно.
Мишка долго меня не уговаривал, обещал, что уж сегодня мы точно снимем
кого-нибудь. Мы набрались «Анапы» по 1руб.07 коп.
— Прочь! Прочь все эти вина!
Плачет за ними большая дубина!
Истину скажет вам пьяница — Папа,
Самый прекрасный напиток «Анапа».
Такие суммы мы могли себе позволить и перед встречей с прекрасным
набрались, да еще и с собой прихватили. Расположились на галерке, так
как зал был набит битком — во, были времена! продолжили выпивон и Мишка
начал мрачно критиковать всех выступающих. То ему девчонки не нравились,
то репертуар.
Мы уже собрались выкатываться, но тут вдруг на сцену выполз
единственный, наверное, парень ИНЖЭКа, типичный ботаник и начал свое
выступление со стихотворения Евтушенко. Точно стих не помню и поэтому
извиняюсь заранее, но запомнил, как с сексуальным придыханием он читал:
Кровать была расстелена,
А ты была растеряна
И все шептала шепотом,
— А что потом, а что потом!
Но вот идешь по городу
Несешь надменно голову,
В твоих глазах несмешливость
И в них приказ не смешивать и т.д.
Зал таял в сладостной истоме. И заканчивается это супермодное по тем
временам стихотворение медленным повторением начального текста:
Кровать была расстелена
И ты была растеряна
И мне шептала шепотом…
Мишка-рифмоплет совершенно неожиданно не только для публики, но и для
меня вдруг встал и на весь притихший зал закончил рифму:
- КУДА СУЕШЬ — ВЕДЬ ПОПА ТАМ!
Зал упал. Боже! Какого пенделя мы получили!
Миша! Где ты? Может, вспомнишь далекие шестидесятые и наш любимый
студенческий Харьков.
А.Д.
sks9@rambler.ru

Экзамен по гидродинамике — студент ни в зуб ногой — профессор дает ему последнюю попытку — если тот ответит — пять баллов — если нет — два...
Профессор:
— Едите Вы в трамвае и Вам жарко — Ваши действия?
Студент:
— Открою форточку...
Профессор:
— Правильно — а как ее нужно открыть — чтобы направить на себя максимальный поток воздуха???
Студент:
— ??????????????? И выходит из аудитории с двойкой...
Его встречает сокурсница и расспрашивает что там на экзамене и как — он ей все рассказывает — она заходит в аудиторию и к профессору — давайте так — один вопрос — отвечаю — пять — не отвечаю — два.
Профессор соглашается и приводит ей туже ситуацию:
— Трамвай, жара, Ваши действия?
Студентка:
— Расстегну кофточку...
Профессор:
— Не помогает, все равно жарко...
Студентка:
— Сниму кофточку...
Профессор:
— Все равно жарко...
Студентка:
— Расстегну блузку...
Профессор:
— Так все равно жарко...
Студентка:
— Послушайте профессор, да пусть меня хоть весь трамвай трахнет, форточку я открывать не буду.

История эта — легенда, переходящая из уст в уста в пределах одного
московского медицинского ВУЗа. Есть такая кафедра, называемая "Кафедра
топографической анатомии и оперативной хирургии", в народе именуемая
топочкой. Так вот экзамен подразумевает знание нормальной анатомии
человека, а также основных принципов оперативного вмешательства, которые
включают в себя знание основных (классических) оперативных методик
(следует отметить, что многие операции называют по автору). Когда
произошла эта история — не знаю, но за подлинность ручаюсь.
Экзамен. Естественно, сильное нервное напряжение. Профессор, пожилой
уважаемый человек, относится к экзамену уже не так важно и позволяет
себе поиздеваться над нашим братом. Студент, вроде с приличным багажом
знаний, садится отвечать. Профессор, отодвигая листок в сторону,
говорит: задаю один вопрос, отвечаете — ставлю отлично и свободны.
Вопрос задан, и экзаменуемый, явно не зная ответа, перебирает в памяти
все картинки учебника, показывая какие-то отрывочные знания, короче,
на ходу придумывает новую операцию. А теперь, как говорил покойный
ведущий Что? Где? Когда? г-н Ворошилов, ВНИМАНИЕ, вопрос профессора:
Методика формирования культи шеи по Пирогову... Вдумайтесь: культя шеи!!

Жуть кошмарная

Пишу этот креатив под впечатлением, не обижайтесь на ненормативную
лексику.

Короче я хирург, работаю в боооольшой республиканской больничке уже 18
лет.

Неделю назад дежурю как обычно. В 3.00 лег покемарить (заебался,
знаете,) Во сне начали показывать замечательный сон с бабьим участием.
Звонок был душераздирающим, я сразу просек, что гадость наметилась.
Мужик 45 лет ( со слов врачей скорой помощи) хуйнул себе ножом по горлу
в приступе полного опизденения от существующих социальных и семейных
неутешительных реалий.
Для читающих спецов: Повреждение (разрыв)внутренней яремной вены,
разрыв щитовидных артерий, краевое повреждение общей сонной артерии,
необратимый геморрагический шок. Давление — 40. Пиздец почти ( для не
медиков).
Короче, сонную артерию зашили атравматикой (нитки такие), все остальное
перевязали, гемотрансфузия (перелитая кровь) составила 2 литра
эритроцитарной массы, а в том доходяге ростом 160 см и весе может 60
жалких кг. всего литров 5 своей крови было.
2 дня мужичок в коме на ИВЛ( на аппарате искуственного дыхания) в
отделении реанимации.
Все это время его супруга и родственники сдают кровь, переживают как
обычно в таких ситуациях, товарисчь постепенно оживает, его переводят из
реанимации в обычное отделение.
И началось:
Жена его: Он такой впечатлительный! Приревновал и себя порезал!!!
Другой жену бы заколбасил! А я ему не изменяла!
Врач психиатр — суицидолог( спец. по самоубийцам): алкогольный аффект
на почве ревности ( на самом деле там на пол-страницы диагноз ).
Я: ( на обходе) мужик, ты что, охуел из— за ревности себя резать? Жена
твоя мученица, постоянно около тебя днюет и ночует, извелась вся, сын с
дочкой занятия в иституте пропускают, я им фиктивные справки пишу, шоб
их в деканате не обули, тебе их не жалко!!! Дурак!
Мужик: Доктор, извините, не хотел, пьяный был, приревновал мою
голубушку, она ведь посмотрите, красивая, (вообще он прав), хотел ее
зарезать а решил себя…
Жена: Так ведь он уже не впервой себя так режет! Была уже попытка! Два
года назад!!
Дочка: 19 лет: «Спасите моего папу»!!
Утомил? Теперь развязка: Сегодня утром, через неделю после всего ужаса
приезжает молодой следак из прокуратуры и говорит, что есть свидетель,
который свято утверждает, что рану мужику нанесла жена, причем уже во
второй раз! ЗА ТО, ЧТО ОН ЕЙ ИЗМЕНЯЕТ!!!!! И СЕЙ іБАРЬ Еі ДОСТАЛ СВОИМИ
ПОСТОЯННЫМИ ИЗМЕНАМИ.
Господа!!! Оцените благородство мужа!( он ничего не сказал следаку И
НАСТАИВАЕТ НА ВЕРСИИ САМОУБИЙСТВА). А жену, видимо, любит, дурачок.

ДОК

Среднестатистический студент это Змей Горыныч наоборот — голова одна,
а хвостов три.

Приехали как-то раз четверо студентов-старшекурсников на одну
студенческую конференцию. А она проходила зимой, и разместились они в
местной гостинице, на втором этаже. Вечер, скучно. Купили портвейна,
выпивают. А в номере стоит гиря! И вот, ради хохмы, они решили: будем
играть в карты, в "дурака". А для проигравшего — штраф: выкидываем гирю
из окна (там безлюдный лес), и "дурак" должен ее принести. А поскольку
была зима, удобнее было самому прыгнуть рядом с гирей в мягкий сугроб,
а затем принести ее через главный вход.
Через три часа такой игры у сидевшего внизу дедушки-вахтера "поехала
крыша", и ему пришлось вызывать "Скорую": из гостиницы никто не
выходит, но раз в 15-20 минут в нее бодро забегает пьяный парень с гирей
в руках, и тащит ее на второй этаж!
Вот такие студенческие байки!!!